Следственный экспериМЕНТ. Записки из органов - Ливанов Борис - Страница 10

А на следующий день на сотовый телефон бизнесмена, номер которого известен был довольно ограниченному кругу лиц, позвонила неизвестная дама. Коммерсант в это время как раз ехал на работу в одной машине с женой. А тут звонок, и из трубки воркующий голосок и слова типа «котик», «милый», «соскучилась» и пр. И ведь жена кое-что услышала. Бизнесмен не понимал, кто это ему звонит, но от скандала это его не уберегло.

А в офисе его ожидал новый сюрприз. На сервер фирмы пришло несколько сотен писем весьма фривольного содержания. Причем адресованы письма были не просто в никуда, а конкретно хозяину фирмы. Придя в ярость от скрываемых подчиненными усмешек, бизнесмен отправился в уголовный розыск (к тому времени он уже тоже начинал догадываться, откуда ноги растут) и попытался устроить скандал.

— Вы понимаете, что я с вами сделаю?!!! — орал он на начальника розыска.

— Понимаю, — кивал начальник. — Только я не понимаю, за что вы со мной что-то делать собираетесь. Вы думаете, я или мои сотрудники имеют отношение к вашим неприятностям? Наверное, и доказательства у вас есть?

— Но вы же ничего не делаете, — насупившись, ответил бизнесмен. Доказательств как раз у него и не было.

— Так пожалуйтесь в службу собственной безопасности, у вас это хорошо получается. Может, они лучше расследуют все случаи и найдут хулиганов.

Бизнесмен еще долго орал, но на начальника розыска эти вопли впечатления не произвели. Как не произвели впечатления и весьма выразительные обещания бизнесмена. Тогда тот попытался наехать на начальников УВД.

— А что ты прикажешь мне делать? — в свою очередь заорал генерал, выслушав истерику бизнесмена. — Уволить всех? А кто работать будет? Да и за что увольнять? К твоим неприятностям ни один из них отношения не имеет!!! Меня за такие действия в Москве по головке не погладят!

— Да пусть они просто работу свою делают!

— Не будут они делать! Я могу попытаться их заставить, но результата не будет! Сделают вид, что поработали, но ничего делать реально не станут! Я-то их знаю!

— Так заставь!

— Как?!!! Ты их друга засадил!!! Нельзя тебе было его трогать!!!

— И что мне прикажешь делать?

— Попытайся договориться, и опера того прикажи отпустить.

— Да чтоб я!!!.. Да из-за какого-то чмошника!!!.. Да ни в жизнь!!!.. Я им еще всем покажу!!!

Домой он приехал в весьма плохом настроении. Впрочем, выпив пару бокалов коньяка, плотно поев и пообщавшись с начальником своей охраны, коммерсант пришел в благодушное настроение. Но ночью его разбудили истошные вопли нескольких десятков котов, неизвестно каким образом собравшихся на его участке.

— Валерьянка, — пояснил начальник охраны.

— А вы куда смотрели?!!! Я же говорил никого не подпускать к дому!

— Никого и не подпускали, просто мальчишки какие-то мимо на великах проезжали, видимо, они и забросили пару флаконов.

Бизнесмен ярился, орал, грозился всех уволить, но сделать ничего не мог. Спать при таком «оркестре-сопровождении» тоже было невозможно. А потому бизнесмен с женой, детьми и охраной вынужден был ехать в гостиницу. Но и тут поспать не получилось. Какой-то хулиган сообщил по телефону, что гостиница заминирована, и всех постояльцев выгнали на улицу. Звонившего установили почти сразу, но бизнесмен так и не выспался. Наутро он пошел с повинной к начальнику уголовного розыска и сказал, что опера он прикажет освободить, снимет с него все обвинения и извинится.

— Не все в этой жизни решается деньгами, — с законной гордостью и удовлетворением говорил начальник розыска на банкете, посвященном освобождению подчиненного.

Не стоит и говорить, что банкет был весьма богатым на напитки и закуску, а оплачен был тем самым «обиженным» бизнесменом.

Эпоксидка против «ночника»

Эта история произошла в самом начале 90-х годов. Когда в населенных пунктах стали появляться ночные магазины. Которые превращались в эпицентры ночного шума, визгов, битых бутылок, драк и загаженной территории.

Именно такой ночной магазин появился в одном из небольших городков Ленинградской области. И стал этот магазин головной болью для жителей соседних домов и участкового. Который каждый день вынужден был выслушивать многочисленные жалобы на дебоши, мусор и все сопутствующие ночным посиделкам «прелести». Самому участковому, также жившему неподалеку от ночного магазина, тоже соседство не нравилось.

После первых обращений граждан милиционер пришел в магазин и попытался поговорить с хозяином. Но тот лишь усмехнулся, заявил, что никаких законов не нарушает и вообще к ним никаких претензий быть не может. Если хулиганят, то сами разбирайтесь. Но ведь еженощный вертеп у магазина надо было как-то прекращать, и участковый обратился к своему руководству с просьбой повлиять на магазин. А еще лучше закрыть его. Мол, натуральный разгул уличного криминала в отдельно взятом районе.

Однако и тут милиционера ждала неудача. Его собственное начальство помялось, но прямо сказало, что магазин имеет «крышу» в прокуратуре, а если его закрыть… Дальше все понятно: прокурорские загнобят ментов. Но упорный участковый на этом не остановился. Он подговорил несколько бабушек из соседних с магазином домов и посоветовал им написать петицию в городскую администрацию. А уж он проследит, чтобы к заявлению ветеранов отнеслись с должным вниманием. Но и этот ход не сработал. Заявление ветеранов рассматривалось чуть ли не два месяца, а магазин продолжал работать.

И тогда участковый решил действовать самостоятельно. Почти. И не совсем законными способами. Его сестра работала в местной типографии, и именно ее милиционер попросил тайно напечатать рекламу… того самого ночного магазина. Сестра сумела это сделать и передала несколько листов с текстом брату. А через несколько дней эта самая реклама обнаружилась наклеенной на табличках государственных учреждений.

В одну ночь все таблички, которые светились красным и сообщали, что здесь находится серьезное государственное учреждение, украсились опять же красными бумажками, но с совершенно иным текстом. Вместо «Администрация такого-то поселения такого-то района Ленинградской области», сообщалось, что «ночной магазин по такому-то адресу является единственным продавцом спиртного в данном городе». Листки с рекламой закрыли таблички не только на здании администрации, но и прокуратуры, милиции, совета депутатов и еще на нескольких зданиях типа местного «Лесхоза», дававшего работу половине населения городка.

Вроде ничего такого серьезного не случилось, бумагу можно сорвать и вернуть все на круги своя. Но не тут-то было — неизвестные «рекламщики» прилепили бумагу на эпоксидную смолу. А потому просто отклеить бумажки не получилось. Всем государственным учреждениям пришлось срочно менять таблички. Владелец магазина едва не попал на нары, хоть и утверждал, что к этой «рекламе» никакого отношения не имеет. Ну а граждане городка пару лет спали спокойно, потому что магазин моментально закрыли. Потом в городке снова появились ночные магазины. Но даже и после их появления предприниматели старательно не обращали внимания на весьма привлекательное помещение, где можно хорошо развернуться. Потому что именно то помещение находилось в ведении участкового, сумевшего закрыть самый первый «ночник».

Семейная реликвия

Эта история произошла в начале 90-х годов, когда чуть ли не в каждом ларьке можно было купить различные штучки для розыгрышей. Чего только тогда не выставлялось на витринах, начиная от прекрасной имитации (можно даже с запахом) испражнений и мыла в виде фаллоса! А для совсем уж отмороженных шутников можно было подыскать настоящие декорации из фильма ужасов.

В районном управлении внутренних дел Петербурга служил молодой сотрудник уголовного розыска. Пару лет назад он женился на симпатичной девушке. Молодые являлись представителями разных социальных кругов (она из семьи потомственных юристов, да к тому же и сама юрисконсульт в солидной фирме, а он из обычной рабочей семьи), но их любви это обстоятельство ничуть не мешало. Да и семья девушки не особо и ворчала по поводу неравного брака, видя, как она счастлива. К тому же парень был весьма перспективным опером, на хорошем счету в Главке и с перспективой солидного карьерного роста. Но единственное, что омрачало безоблачное счастье девушки, — то, что ей приходилось делить своего мужа с его работой. Известно ведь какая у ментов служба: ни выходных, ни проходных и рабочий день часов по 20. Но девушка была умна, а потому истерик не закатывала. Хотя и намекала не раз, что муж уделяет ей мало времени. Но тот свою работу любил, а девушка не решалась ставить вопрос ребром: либо я, либо работа.