Дарт Плэгас - Лусено Джеймс - Страница 84

– «Черное солнце» в полном раздрае, – говорил Палпатин Хего Дамаску, когда они прогуливались по заполненной туристами площади Монументов. Сотни их толпились вокруг пика Умате, нависавшего над огромной чашей общественного парка, а разношерстные группы других посещали с экскурсиями старое здание Сената или Галактический музей. – Принц Ксизор и Сизе Фромм унаследуют останки.

– И вновь забрак доказал свою полезность, – изрек Дамаск. – Ты хорошо его обучил.

– Возможно, не так хорошо, как хотелось бы, – сказал Палпатин после секундной паузы. – Когда я расспрашивал его о полученной ране, он сознался, что раскрыл Алекси Гарину свою истинную сущность.

Отвернувшись в сторону, Дамаск ответил:

– Гарин мертв. Кому какое дело?

Легкомыслие мууна еще больше выбило Палпатина из колеи, но все же он собрался, чтобы продолжить.

– Возможно, я в последний раз появляюсь на публике без вооруженной охраны, – небрежно произнес он. – Когда королева Амидала уведомила меня о скоропостижной смерти Веруны, она упомянула, что ее новый начальник охраны – человек по имени Панака – предпринимает беспрецедентные шаги, чтобы обеспечить безопасность всех дипломатов Набу. Королеву, в частности, окружит выводок служанок, и каждая из них будет чуточку похожа на нее.

– Стало быть, тебя будут выгуливать денно и нощно? – уточнил Дамаск. – Нет, это не годится.

– Я постараюсь разубедить Панаку.

Они остановились, чтобы понаблюдать за ватагой ребятишек, которые играли и веселились под одним из рекламных щитов на площади. Дамаск указал на ближайшую скамейку, но Палпатин был слишком взбудоражен, чтобы усидеть на месте.

– Королева уже выразила озабоченность присутствием в системе Набу такого количества грузовиков Федерации?

Палпатин покачал головой:

– Флот держится на краю системы, ожидая сигнала для прыжка к Набу. Как бы ни озлобил Ганрея законопроект о налогах, мне пришлось убеждать его, что установление блокады Набу – в его лучших интересах. Я заверил неймодианца, что Амидала не позволит своему народу страдать и менее чем через месяц подпишет договор, по которому Набу и вся ее плазма перейдет в руки Торговой Федерации.

Маска транспиратора скрыла улыбку Дамаска, но было ясно как день, что вести ему по нраву.

– Пока Валорум колеблется, сенатор Палпатин собирает голоса поддержки и сочувствия. – Он задержал взгляд на собеседнике. – Разве это не мера нашего успеха, что мы можем жонглировать планетами так же легко, как заключаем торговые сделки?

Мимо прошествовала группа нарядно одетых тви’леков; узнав Палпатина, они раскрыли рты от изумления. То, что набуанец с мууном вели себя на публике, как старые друзья, служило признаком большой власти и влияния обоих.

Дамаск особо подчеркивал необходимость того, чтобы их как можно чаще видели вместе. И вот за те недели, что прошли с момента прибытия мууна на Корускант, они несколько раз пообедали в «Манараи» и других элитных ресторанах и побывали на постановках как в Корускантском, так и в Галактическом оперных театрах. А совсем недавно они присутствовали на званом ужине, который давал в «Республике-500» сенатор Орн Фри Таа, и Плэгас подслушал, как рутианский тви’лек делится планами выдвинуть кандидатуру Палпатина на пост канцлера. Следующим в их плотном графике значился политический съезд на Перлемианской орбитальной станции Корусканта, где претенденты на канцлерское кресло имели возможность пообщаться с главами корпораций, лоббистами, активистами предвыборных кампаний и даже мастерами-джедаями.

– Вторжение и последующая блокада едва ли помогут Федерации завоевать сердца новых союзников, – говорил Дамаск. – Но по крайней мере мы сможем оценить боеготовность неймодианской армии дроидов и внести нужные корректировки, если потребуется.

– Из-за собственной халатности неймодианцы ухитрились раскрыть местоположение тайных фабрик по производству дроидов на Эосе и Аларис-Прайм, – процедил Палпатин, выказав толику гнева.

Дамаск воззрился на него:

– На сегодняшний день у них есть все, что им нужно. Завоевав Набу, они покажут всей Галактике, насколько ущербен путь дипломатии, и настроят джедаев на воинственный лад. – Не сводя глаз с Палпатина, он добавил: – Чтобы лучше подготовиться к грядущей войне, мы переместим заводы «Бактоида» на Джеонозис. Впрочем, нельзя допустить, чтобы наши союзники получили огневую мощь, которая гарантировала бы им быструю победу. Нам нужен затяжной конфликт, который выжмет из Галактики все соки и сделает для нее наш приход к власти еще более желанным.

Палпатин наконец-то сел:

– Нам все еще нужна армия, которой будут командовать джедаи. И которая будет беспрекословно слушаться верховного канцлера.

– Армия из пробирки идеально подошла бы для этих целей, – заметил Дамаск.

Палпатин поразмыслил над сказанным:

– На первый взгляд, уж больно все просто. Джедаев не так-то легко застать врасплох. Они обучены сражаться, и их будет сложно поймать в ловушку.

– Даже в конце затяжной войны? Когда победа уже маячит на горизонте?

– Чтобы этого добиться, нужно дергать за ниточки с обеих сторон баррикад. – Палпатин тяжело вздохнул. – Даже если мы нападем исподтишка, не каждый джедай окажется на поле боя.

– Нас должны волновать лишь те, кто опасен в бою.

Палпатин нарушил долгое молчание:

– Клоноделы с Камино уже однажды подвели вас.

Дамаск кивком признал справедливость его слов:

– Потому что я снабдил их образцом-йинчорри. Они намекнули мне тогда, что воспроизвести твой вид было бы намного проще.

– Вы снова обратитесь к ним?

– Нет. Нельзя, чтобы кто-то связал эту армию с нами. Но я знаю человека, которого я, возможно, смогу убедить сделать заказ.

Палпатин ждал продолжения, но Дамаск не стал развивать тему. Однако и того, что было сказано, хватило, чтобы привести Палпатина в полное оцепенение. Внезапно он поднялся и отошел от скамейки.

– Вели неймодианцам начать блокаду, – сказал Дамаск, обращаясь к его спине. – Важно, чтобы события начали развиваться до того, как откроется конференция на орбите. – Когда Палпатин не ответил, муун встал и проследовал за ним. – Что тебя гложет, Сидиус? Может быть, то, что ты ощущаешь себя мальчиком на посылках?

Палпатин внезапно развернулся к нему:

– Да, временами. Но я знаю свое место и доволен им.

– Тогда что тебя так взбудоражило?

– Неймодианцы, – с внезапной убежденностью в голосе выпалил набуанец. – Помимо Ганрея в переговорах участвовали еще трое: Хаако, Долтай и Мончар.

– Я немного знаю Мончара, – протянул Дамаск. – Он снимает апартаменты в «Шпилях Кальдани».

– Он отсутствовал, когда я в последний раз говорил с Ганреем.

Муун преисполнился подозрений и прошипел:

– Где они в тот момент находились?

– На борту своего флагмана. Ганрей заявил, что Мончар переел жирной пищи и теперь болен.

– Но ты-то думаешь иначе.

Палпатин кивнул:

– Хнычущий лизоблюд слишком много знает о блокаде. Полагаю, он в бегах и не прочь подзаработать.

В глазах Дамаска полыхнул желтый огонь.

– Вот что происходит, когда вверяешь галактическую власть в руки бестолочей.

Палпатин напрягся всем телом.

– Я не о тебе, – быстро оговорился Дамаск. – А о Ганрее и других того же сорта! Сила карает нас за то, что мы связались с непроходимыми тупицами, которым не хватает ума даже просто выполнять приказы!

Палпатин утешился тем, что даже у непогрешимого Плэгаса существовал предел терпения.

– Я не внял вашим словам о непредвиденных последствиях.

Дамаск сперва нахмурился, но спустя секунду смягчился:

– Я пренебрегу собственным советом. Блокада подождет.

– В таком случае, я вызову Мола, – заявил Палпатин.

* * *

Спустя две недели после нежданного исчезновения неймодианца с флагмана «Саак’ак» Плэгасу и Сидиусу стало известно, что Дарт Мол выследил и убил Хаса Мончара на Корусканте – пусть и досталось при этом городу и его жителям по полной. После этого забрак поднялся на орбиту и посадил корабль-невидимку в ангаре, который соединялся цепью шлюзов с главным куполом Перлемианской орбитальной станции – просторным помещением, больше похожим на космический сад с видом на Корускант и окрестные звезды, чем на стерильный конференц-зал. Сейчас здесь было не протолкнуться от сенаторов и судей, промышленников и послов, политических воротил и обозревателей Голосети. Присутствовали также сенатские гвардейцы и джедаи.