Дарт Плэгас - Лусено Джеймс - Страница 18

– Известие о приглашении ошеломило нас, магистр, – произнес главный исполнительный директор «Подтекста». – Мы и не подозревали, что находимся у вас на радарах.

Губы Дамаска растянулись в едва заметной улыбке:

– Мы внимательно следим за всеми событиями в Галактике. Надеюсь, наше угощение и гостеприимство пришлось вам по душе.

– Более чем вам кажется, магистр, – ответил старший госсам, издав многозначительный смешок. – Или, вероятно, более чем мы готовы признать.

Дамаск вымученно усмехнулся в ответ:

– Более чем мне кажется… И впрямь забавно. – Его усмешка внезапно разгладилась. – Позвольте показать вам нашу, так сказать, внутреннюю кухню.

Госсамы изумленно переглянулись, после чего их вожак произнес:

– Почтем за честь.

Поднявшись, Дамаск кивнул четверке солнечных гвардейцев, и те обступили госсамов с обеих сторон, тогда как сам он, Хилл и два других мууна повели гостей к древним лифтовым кабинам.

– Настоящее действо происходит там, внизу, – промолвил Дамаск, легким касанием руки приводя кабину в движение.

В молчании они спустились на два этажа и, когда двери кабины распахнулись, высыпали в просторный, похожий на пещеру подземный зал. В центре тускло освещенного пространства находилось несколько массивных платформ на гидравлических пилонах, которыми управляли бригады потных, пыхтящих техников-угнотов. Одна из платформ, заваленная грудами металлического шлака, в эту минуту опускалась, и сквозь отверстие в потолке в зал проникали хриплые возгласы ликования и гром аплодисментов. На соседней платформе, закованный в кандалы и цепи, бесновался клыкастый зверь размером с банту.

– Мы – непосредственно под внутренним двором, – пояснил Дамаск, когда платформа с чудовищем начала подниматься. – Каждый груз символизирует один из омерзительных аспектов Республики. Порядок, который нам всем так не терпится ниспровергнуть.

Платформа уже поднялась на уровень земли. Толпа на мгновение притихла, затем несколько мощных энергетических залпов вызвали новый гром оваций.

– Лазерные пушки, – произнес Дамаск достаточно громко, чтобы перекрыть грохот опускающейся платформы: на месте чудища были лишь дымящиеся зловонные кости и сухожилия. Он адресовал госсамам зловещую ухмылку. – Все это – спектакль, как вы понимаете. Развлечение для масс.

– Вы знаете, как угодить толпе, магистр, – глотая слова, проговорил один из госсамов.

Дамаск широко развел тонкие руки:

– Тогда вам стоит присоединиться. – Подойдя к ним, он кивком указал на одну из платформ, рядом с которой уже разместилась четверка солнечных гвардейцев. – Забирайтесь.

Ящеры уставились на него.

– Ну же, – подстегнул их Дамаск уже без малейшего намека на шутливый тон. – Залезайте.

Два гвардейца извлекли бластеры.

Старший госсам в ужасе переводил взгляд с одного мууна на другого.

– Магистр, неужели мы совершили что-то такое, чем вызвали ваше недовольство?

– Хороший вопрос, – сказал Дамаск. – И вправду совершили?

Старший госсам молчал, пока вся четверка забиралась на платформу. Наконец он спросил:

– Каким образом вам стало известно о нашей корпорации?

– От одного общего друга, – ответил Дамаск, – бита по имени Руджесс Ном. Не так давно вы снабдили его отчетом геологоразведки и дроидом-проходчиком.

Платформа начала подниматься, и госсамы в страхе вытянули длинные шеи.

 – Мы можем все исправить! – взмолился один из них.

Дамаск поднял глаза к потолку:

– Раз так, поторопитесь. Лазерные пушки стреляют автоматически.

– Плазма! – выкрикнул тот же госсам. – Нетронутый резервуар плазмы! Хватит, чтобы снабдить энергией тысячу миров!

Дамаск подал знак угнотам, чтобы те остановили подъем.

– Где? На какой планете?

– Набу, – ответил госсам. Затем повторил громче: – Набу!

Хилл пояснил, хоть в том и не было нужды:

– Своего рода планета затворников в Среднем кольце, столица сектора Хоммель. К слову, недалеко от Татуина. Когда-то поставляла нам вирмоков, которых мы клонировали для игрищ в гриловых лесах.

Дамаск дал ему договорить, затем поднял взгляд на госсамов:

– Кто нанял вас проводить геологоразведку?

– Фракция, оппозиционная монархистам, магистр, – выпалил один.

– Клянемся, это правда, – добавил второй.

– Набу правит монаршая особа? – уточнил Дамаск.

– Король, – ответил старший госсам. – Его противники жаждут открыть планету для межзвездной торговли.

Дамаск отошел прочь от платформы. У него была мысль продолжить пытать госсамов, узнать, кто нанял их устроить диверсию на Бол’демнике, но в конечном итоге он решил отложить расспросы на потом; у Тенебруса все равно было много врагов. Повернувшись, он велел угнотам опустить платформу на пол.

– Этот резервуар плазмы действительно такой бездонный, как вы говорите? – спросил он.

– Он уникален! Ни на одной планете такого не сыщешь, – облегченно выдохнул предводитель госсамов. Вся четверка продолжала дрожать под испепеляющим взглядом мууна.

Еще несколько мгновений Дамаск разглядывал их, затем обратился к командиру солнечных гвардейцев:

– Переправьте их на самую захолустную планету, какую вы найдете в рукаве Тингел [16], и проследите, чтобы они оставались там до тех пор, пока не понадобятся мне снова.

* * *

Отправив других муунов отдыхать, Дамаск взобрался на восточный крепостной вал, чтобы встретить рассвет. Он устал не меньше сородичей, но был слишком раздосадован итогами Собрания и попросту не смог заснуть. На тот случай, если нетронутый резервуар плазмы заинтересует брюзгливых руководителей Торговой Федерации – и решив не придавать значения тому, как повлияют его действия на экспорт топлива с Маластера – он приказал Хиллу и остальным разузнать как можно больше о планете Набу и ее монархе-изоляционисте.

Когда дело с госсамами было улажено, Дамаск и мууны посвятили остаток вечера встрече с членами своего так называемого руководящего комитета, куда входили избранные политики, лоббисты и промышленники; финансисты из Сестины, Ааргау и Банка Ядра; представители элиты общества – ордена Склоненного круга и директората Торговой Федерации; а также талантливые конструкторы кораблей, такие как Нарро Синар, которого Плэгас намеревался поддержать в борьбе за пост исполнительного директора «Технологий Санте/Синара». Комитет периодически встречался – хоть и нечасто в Тайнике – чтобы ускорить принятие выгодных для них законов, установить цены на сырье: тибанновый газ, транспаристаль и корабельное топливо, – и обсудить, как максимально надежно «приклеить» сенаторов к их местам на Корусканте, превратив их в кадровых дипломатов, чтобы они знать не знали о том, что в действительности творится за пределами галактического Ядра.

Не все соглашались с тем, что предложенная муунами стратегия «тактического стягивания», – наилучший способ пошатнуть равновесие в Республике и сделать ее уязвимой для манипуляций. Но Дамаск уверял, что их конечная цель – установление олигархии – так или иначе будет достигнута, пусть и путем действий и поступков, которые для многих останутся незамеченными.

Свет звезд отражался от корпусов последних отбывающих кораблей. Дамаск утешался мыслью, что его гости считали себя участниками тайных и великих свершений, и потакал их стремлению к авантюрам, которые на первый взгляд отвечали их шкурным интересам, но фактически были частью ситского замысла.

Элементом грандиозной симфонии – Великого плана…

Вой сирен разорвал предрассветную тишину.

Дамаск сощурил глаза, вглядываясь в заросли, обступавшие крепость. Он почти добрался до южного пролета стены, когда со стороны лестницы его окликнули два солнечных гвардейца.

– Магистр, нарушитель на восточной границе, – доложил один из них.

За стенами форта зажигались прожекторы, и беспилотники взмывали над древесными кронами. По временам кто-то из завезенных на луну зверей забредал на огороженную территорию, устраивая переполох в крепости, но сейчас ни одна из следящих камер не показывала следов вторжения.