Голливудский участок - Уэмбо Джозеф - Страница 54

— Знаете, в этот момент у меня есть искушение согласиться. Если позволите мне лечь, можете перевернуть весь дом сверху донизу и вывернуть его наизнанку. А если найдете там наркотики, значит, у Олив есть тайный любовник, который их поставляет. Ну а если Олив может найти любовника, то на свете действительно существуют чудеса, и я могу выиграть в Калифорнийскую лотерею. Тогда я уеду из этого проклятого города, подальше от вас, ребята, потому что вы меня достали, вы достали меня!

Фаусто посмотрел на страдальческое, покрытое холодным потом лицо Фарли Рамсдейла, отдал ему водительское удостоверение и сказал:

— Приятель, тебе нужно как можно скорее пройти курс лечения. Трамвай, на котором ты едешь, прибыл на конечную остановку. Дальше рельсы кончаются.

Уже сидя в машине, Баджи сказала:

— Мне хотелось бы заехать по этому адресу немного позже.

— Зачем?

— Парню нужно достать амфетамин. Сегодня они будут курить «снежок» и расслабляться, или на него наденут смирительную рубашку. Он готовый клиент психушки.

Айлия расхаживала по комнате и курила. Козмо лежал на диване, устав с ней спорить.

— Сколько мы здесь сидим? — спросил он безразлично.

— Почти шесть часов, — ответила она. — Мы не можем больше ждать. Нужно уходить.

— Без денег, Айлия?

— Ты вытер все следы с машины?

— Я уже говорил, что вытер. А теперь, пожалуйста, заткнись.

— Ты выбросил окурки из автомобильной пепельницы? Это тоже улики.

— Да.

— Достань из машины контейнер с деньгами.

— У тебя появилась идея, Айлия? Чудесно. Тебе не нравятся мои идеи. Вроде той, что мы должны убить этих наркоманов.

— Замолчи, Козмо. Положи контейнер с деньгами под дом. Найди доску, которая закрывает лаз под дом, и положи его туда.

Она принялась высыпать окурки из пепельниц в бумажный пакет, а Козмо спросил:

— Айлия, а машина? Она не на ходу. Что ты хочешь с ней сделать?

— Мы ее оставим.

— Здесь? Айлия, ты сошла с ума! Фарли с Олив…

Взяв на себя инициативу, она оборвала его:

— Ты вытаскивал что-нибудь из гаража?

— Да, велосипед и несколько коробок. Проклятый гараж полон барахла. Там почти нет места для машины.

— Я так и думала, — сказала она. — Положи все обратно.

— Что ты собираешься делать, Айлия?

— Они наркоманы, Козмо. Посмотри на этот дом. Кругом мусор и хлам. Они не ставят машину в гараж, почти не заходят в него. «Мазда» может простоять несколько дней. Они об этом даже не узнают.

— А мы?

— Возьми рубашку Фарли. Посмотри в спальне. Я сниму парик, мы пройдем несколько кварталов и вызовем по телефону такси. Сейчас это немного безопаснее. Потом поедем домой.

— Хорошо, Айлия, — согласился он. — Но ты все-таки обдумай варианте их смертью. У нас нет другого пути. Ты должна понять это.

— Мне нужно подумать, — пробормотала она. — А теперь за работу. Поторопись.

Когда Козмо вернулся из спальни в гостиную, поверх футболки на нем была грязная узорчатая рубашка с длинными рукавами.

— Надеюсь, ты довольна, Айлия, — усмехнулся он. — Прежде чем мы попадем домой, меня искусают крохотные твари, которые ползают в одежде Фарли.

Когда копы наконец оставили их одних на стоянке «Тако у Пабло», Фарли сказал:

— Олив, по-моему, нужно ехать домой и перетерпеть. Сегодня мы «снежка» не достанем.

— У нас почти литр водки, — ответила Олив. — Я намешаю в нее пару пакетов сухого пунша, и ты можешь пить, сколько захочешь.

— Хорошо, — согласился он. — Это должно помочь мне продержаться ночь.

— Надеюсь, тебя не будет рвать, — сказала Олив. — Ты такой худой и уставший.

— Не будет, — заверил ее Фарли.

— А я приготовлю тебе чего-нибудь вкусного.

— От этого меня точно вырвет.

Когда они добрались до дома, Фарли чувствовал такую усталость, что едва смог подняться по ступенькам крыльца. Войдя в дом, Олив сказала:

— Фарли, здесь пахнет дымом.

Он бросился на диван и схватил дистанционный пульт со словами:

— Олив, так и должно быть. Если ты вдруг забыла, напомню: мы курим «снежок». Каждый раз, когда он у нас появляется, хотя в последнее время это случается нечасто.

— Да, но пахнет дымом от сигарет. Разве ты не чувствуешь?

— Я так чертовски устал, Олив, — ответил он, — что не почувствовал бы запаха дыма, даже если бы ты себя подожгла. Что было бы неплохой идеей.

— Ты почувствуешь себя лучше, когда поешь, — пообещала Олив. — Как тебе понравятся тосты с сыром?

Диспетчер, передавшая вызов к «Китайскому театру Граумана», решила пошутить с экипажем «6-Х-32» и передала его как срочный.

Капитан Смоллет и Капитан Сильвер, не веря своим ушам, слушали сообщение: «Всем экипажам, находящимся в районе, и экипажу шесть-икс-тридцать два, вызывает женщина на Голливудском бульваре к западу от Хайленда. Причина вызова — драка. Бэтмен против Человека-паука. Видели, как Бэтмен забежал в „Кодак-центр“. Полицию вызвала Мэрилин Монро. Шесть-икс-тридцать два, примите вызов по коду-3».

Когда они прибыли на место, Мэрилин Монро помахала им со двора «Китайского театра Граумана», а туристы щелкали фотоаппаратами как сумасшедшие. Сразу за ними подъехали Дрисколл и Бенни Брюстер.

Сидевший за рулем Капитан Сильвер сказал:

— Как думаешь, какая из Мэрилин нас вызывала? Одна из них очень даже ничего, старик. Понял, о которой я говорю?

— Это не та, — разочаровал его Капитан Смоллет.

Их Мэрилин стояла в знаменитой позе «над вентиляционной шахтой», но тока воздуха не было, и ее юбка не поднималась. Она была одета в платье Монро, а ее дорогой парик был просто превосходным. Даже застенчивая, но чувственная улыбка соответствовала на все сто. Проблема была лишь в том, что ее рост составлял сто девяносто сантиметров и она не была женщиной.

Капитан Смоллет первым вышел из машины и увидел Человека-паука, который сидел на обочине, держась за голову и потирая подбородок. К нему подошел Капитан Сильвер и выяснил подробности драки, которая, естественно, произошла из-за неподеленной территории.

Пока Капитан Смоллет разговаривал с Мэрилин Монро, какой-то турист попросил их подвинуться влево, чтобы он смог сфотографировать эту сцену на фоне театра Граумана. Мэрилин охотно повиновалась. Немного поколебавшись и выслушав шутки туристов, называвших его занудой, Капитан Смоллет подошел к ней и выдержал с сотню фотовспышек со всех направлений.

Наконец Мэрилин сказала:

— Это было ужасно, офицер! Бэтмен ни с того ни с сего ударил Человека-паука фонариком. Этот Бэтмен — просто свинья. А Человек-паук мне всегда нравился. Надеюсь, вы разыщете этого толстого кабана в красном плаще и бросите его в тюрьму!

Зазвучали аплодисменты, и Мэрилин Монро сверкнула улыбкой, которую можно было назвать только ослепительной.

Пока Капитан Смоллет пытался получить информацию от Мэрилин Монро, его окружили три Элвиса. Они работали вместе только по пятницам и, увидев суету у театра Граумана, тут же воспользовались возможностью получить настоящую известность. И они не были разочарованы. Фургон с телестудии, услышавшей переговоры полиции, выгружал оператора и репортера на углу Голливудского бульвара и Хайленд в тот самый момент, когда там появились Элвисы.

Они говорили с Капитаном Смоллетом все сразу: Тощий Элвис, Толстый Элвис и даже Вонючий Элвис, под мышками у которого расплылись темные круги пота, заставлявшие туристов задерживать дыхание.

— Бэтмен никогда больше не будет обедать в этом городе! — воскликнул Тощий Элвис.

— Человек-паук — это круто! — воскликнул Толстый Элвис.

— Я был свидетелем подлого нападения человека в накидке! — заявил толпе Вонючий Элвис, и запах его пота был таким мерзким, что Капитану Смоллету пришлось сдать назад.

Капитан Смоллет попросил Б. М. Дрисколла проверить «Кодак-центр», а когда тот спросил, как выглядит подозреваемый, ответил: