Слишком глубоко (ЛП) - Блэк Роника - Страница 47

«Все в порядке?» — Казалось, в первую минуту, он почувствовал облегчение, когда увидел Эрин, но, взглянув на Адамс, насторожился.

«Мисс Маккензи уже уходит», — сказала Лиз.

Эрин сжала ее руку и посмотрела ей в глаза. — «Тайсон, я никуда не пойду».

Он казался смущенным, беспомощно переводя взгляд с Эрин на Лиз. — «Мэм?»

Лиз отдернула руку.

«Я люблю тебя», — одними губами прошептала Эрин.

«Уведи ее отсюда». — Лиз отвернулась от нее и разрыдалась.

Эрин быстро развернула ее к себе и заключила в объятия. Она крепко обняла ее, не заботясь о том, что Лиз осталась безучастной к этому жесту. Боль выходила из Лиз короткими, резкими всхлипами и рыданиями, каждый из которых, словно нож, проникал в сердце Эрин и оставлял там кровоточащую рану. Мак крепко держала ее, вдыхая ее запах, наслаждаясь прикосновением к любимой женщине. Это было настолько хорошо, что на мгновение она забыла, где они находятся.

«Я люблю тебя», — произнесла она снова и расплакалась вместе с ней.

Лиз было так плохо. Так ужасно больно.

Они плакали в объятиях друг друга, связанные одной болью, довольно долго, но все же, Эрин почувствовала, как через некоторое время, тело Лиз напряглось, и она отстранилась от блондинки.

Лиз попыталась вытереть глаза своими забинтованными руками. Эрин поспешила ей на помощь и сделала это за нее, вытирая льющиеся слезы. Лиз стала такой тонкой и хрупкой, вся высохла от боли и переживаний, что стала похожа на мертвый упавший лист, бесцельно лежащий на тротуаре в ожидании порыва ветра. Эрин боялась, что ветер почувствует это, подхватит и унесет ее навсегда.

«Пожалуйста, Лиз, впусти меня в свою жизнь. Позволь мне любить и оберегать тебя».

Лиз посмотрела на нее глазами цвета тающего ледника. — «Уходи». — Эрин еле расслышала ее, настолько тихо и приглушенно это было сказано. Лиз развернулась и пошла назад, возвращаясь к похоронам.

Тайсон взглядом извинился перед Эрин и последовал за Адамс. Облака снова поглотили солнце, словно чувствуя, что ему не место среди этой печальной церемонии.

Тайсон придерживал своего босса, когда гроб с телом медленно опускали в яму. Он почувствовал, как похудела Лиз, будто под костюмом остались одни кости. Он заплакал, когда священник бросил горсть земли в воздух, произнося нараспев: «Пепел к пеплу, прах к праху». — Когда земля упала на гроб, Лиз почти рухнула ему на руки.

Они отвернулись, и Тайсон крепко держал ее, пока она плакала. Последние несколько дней были трудными, и он беспокоился, что она не выдержит. Она всегда была, как скала, твердая и сильная. Но это горе просто убило ее. Лиз не ела, а спала только тогда, когда ей давали лекарства. Вчера поздно вечером он принес ей «Ксанакс» [4], и настоял, чтобы она приняла таблетку, чтобы отдохнуть перед церемонией. Когда она безропотно приняла ее, он подумал, что это было только потому, что она была слишком истощена, чтобы с ним спорить.

«Теперь все в порядке», — прошептал он.

«Я не хочу оставлять ее. Она будет здесь одна. В полном одиночестве лежать в земле».

Тайсон знал, что она очень беспокоилась по этому поводу. Именно поэтому, она похоронила ее здесь, а не там, в Алабаме, откуда они были родом. Здесь она могла следить и ухаживать за ней.

«Ее уже нет, мисс Адамс. Ее уже здесь нет».

«Тогда, где она, Тайсон? Я должна найти ее, где бы она ни была».

Он положил свою руку ей на грудь. — «Она останется здесь, в вашем сердце. И Вам не нужно и дальше приглядывать за ней».

Он не был знаком с Джей Адамс, но он знал про нее достаточно. Он видел, как его босс похожа на нее внешне. Лиз рассказала ему, что за человеком была Джей.

Она накрыла его руку своей забинтованной ладонью. — «Я люблю тебя, Тайсон».

Он удивился этому жесту, но кивнул в подтверждение. — «Я знаю это. Я тоже люблю Вас».

Она печально вздохнула. — «Ты был очень добр ко мне все эти дни».

Он снова кивнул. — «И Вы были добры ко мне, мэм».

Они хорошо относились друг к другу. Недавно она выплатила ему большую премию, чтобы помочь с покупкой дома. Пару лет назад Лиз оплатила медицинские расходы, когда его младшая дочь заболела пневмонией. Никто не знал об этом и мало бы кто поверил, что его босс способна на такие поступки. И лишь только он знал, кем в действительности была Элизабет Адамс. Будь все иначе, он не проводил бы долгие часы на службе или оставался настолько лояльным. За эти годы их деловые отношения переросли в дружеские. Они могли рассчитывать друг на друга, не смотря ни на что.

«Мы должны идти», — мягко произнес он.

Пришли два могильщика с лопатами. В ожидании, пока все разойдутся, они остановились у дерева и закурили сигареты. Мужчины в костюмах уже залезли в лимузин, который был припаркован у обочины.

Тайсон помогал Лиз идти к машине, поддерживая ее под локоть и другой рукой, обнимая за талию. Он посмотрел в сторону и увидел, как Эрин Маккензи плакала на плече детектива. Он был шокирован тем, как его босс говорила с нею. За все время, сколько он знал Элизабет Адамс, счастливой она была только тогда, когда рядом с ней была Эрин. А когда они расстались, свет в голубых глазах потух, и с лица его босса исчезла улыбка. Два несчастья — разлука с любимой женщиной и потеря сестры сплелись в одно большое горе, в результате которого Лиз доставила много беспокойства своему верному другу и помощнику.

«Эта женщина любит Вас», — сказал он. — «И Вы можете говорить мне все, что угодно, но я знаю, что и Вы любите ее».

На секунду он подумал, что она собирается накинуться на него. Но вспышка гнева так и не пронзила ее глаза. В них была только печаль и грусть.

«Я не могу быть с ней, Тайсон. Это небезопасно».

Мгновение он обдумывал сказанное. Потом вспомнил о своей жене и детях. Если бы их безопасности что — либо угрожало, он нашел бы способ как защитить их, но он никогда не оставил бы свою семью. Если ты любишь кого-то достаточно сильно, то сделаешь все, что должен сделать. Она может волноваться о безопасности Эрин, но ее уход не решит проблему. Это было лишь нелепое оправдание, а правда заключалась в том, что Эрин, очевидно, проникла в душу его босса и сделала ее уязвимой. А поскольку такого еще никому не удавалось, он решил, что это, по всей видимости, испугало ее до чертиков.

Он посмотрел ей в глазу и решительно сказал: «Тогда Вам лучше найти способ, как решить проблему и вернуть Эрин».

Глава 22

«Как он?» — Стоя за стеклом, Патрисия изучала неизвестного мужчину.

Доктор сунул в рот белый тик-так и захрустел им. Дужки очков с толстыми стеклами он завел за уши и открыл свой журнал. У него на шее уже болталось трое других очков. Патрисия задалась вопросом: и зачем ему столько очков?

«Он все еще без сознания. Не способен дышать самостоятельно. Однако снимок его мозга вселяет надежды».

«Как Вы думаете, он очнется?»

«Трудно сказать. Никто не знает наверняка. Некоторые просыпаются, некоторые нет».

«Но его мозг еще жив?» — Патрисия смотрела через окно на все трубки, воткнутые в его тело, каждая из которых поддерживала в нем жизнь. Его голова была почти полностью забинтована, врачи оставили только небольшие прорези для глаз. Своим видом он напоминал египетскую мумию. Патрисия поежилась от такой ассоциации.

Доктор закрыл журнал и поменял очки с толстыми стеклами на другую пару. — «Нет, травма головы была очень серьезной. Его довольно сильно избили. Был даже небольшой отек мозга, который мы должны были устранить. Но его первоначальные снимки выглядят хорошо. Теперь все зависит от него».

Патрисия посмотрела на единственную выжившую жертву. Его руки, как и голова, тоже были забинтованы. Им не удалось снять отчетливых отпечатков из-за его ран, которые он получил в борьбе за свою жизнь. Он усиленно сопротивлялся нападавшему, разрывая кожу пальцев, ломая ногти. Патрисия подумала: почему он боролся, когда два других не сопротивлялись. Почему его закопали и скрыли под кустами, когда другие остались на виду.