Сиротский Бруклин - Летем Джонатан - Страница 28

– Ты не должна смеяться над… – Лиричный Бульдог! Логичный Эссног!– Ты не должна смеяться надо мной, Джулия.

– Я и не смеюсь.

– А было ли что-нибудь… То есть у вас с Тони что-то есть?

– Не знаю, спроси у Тони. Но ты мне нравишься больше, Лайонел. Просто я никогда не говорила тебе об этом. – Она была обижена, рассеянна, ее голос звучал как-то странно, словно Джулия не знала, что еще сказать.

– Ты тоже мне нравишься, Джулия. В этом нет ничего… – Спроситони! Списрони! Врибони! Брейдони!– извини. Так вот, в этом нет ничего плохого.

– Мне хочется нравиться тебе, Лайонел.

– Ты не… Не хочешь же ты сказать, что между нами могло бы что-то быть? – Отвернувшись, я шесть раз ударил рукой по шкафу, чувствуя, как мое лицо съеживается от стыда, тут же пожалев о том, что задал этот вопрос, думая, что я бы предпочел выкрикнуть какую-нибудь непроизвольную, порожденную тиком глупость – нелепую, несуразную, – чем произнести те слова, что я только что сказал.

– Нет, – холодно ответила Джулия. Она положила сигарету, точнее, то, что от нее осталось, назад на туалетный столик. – Ты слишком странный, Лайонел. И не только странный. В общем… Посмотри-ка на себя в зеркало. – Джулия наконец-то перестала запихивать вещи в чемодан. Мне уже давно казалось, что в него больше ничего не влезет, но она настойчиво набивала его, как фокусник наполняет свой бездонный цилиндр.

Я лишь надеялся, что пистолет не выпадет из чемодана.

– Куда ты поедешь, Джулия? – устало спросил я.

– Я еду туда, где мне будет спокойно, в одно мирное место, если уж тебя это так волнует, Лайонел, – ответила она.

– М-м-м… куда? Пирное тесто? Тирное кресло? Крестное миро?

– Ты прекрасно слышал, – поправила меня Джулия. – В мирное место, сказала я.

Вдруг во дворе звякнул клаксон.

– Это моя машина, – сказала она. – Ты можешь спуститься вниз и сказать, что я буду через минуту?

– О'кей, но… – мертвое весло– ты говоришь довольно странные вещи.

– Ты когда-нибудь выезжал из Бруклина, Лайонел? – поинтересовалась она.

Сначала груди, волосы под мышками, теперь вот Бруклин. Для Джулии все это были мерки моей неопытности.

– Конечно, – ответил я. – Еще сегодня днем я был в Манхэттене. – Я старался не думать о том, что делал там, точнее, о том, чего мне сделать не удалось.

– Так то в Нью-Йорке, Лайонел. Ты уезжал когда-нибудь из Нью-Йорка?

Обдумывая ее вопрос, я заметил сигарету, от которой наконец начала обугливаться поверхность туалетного столика. Расползавшееся черное пятно рушило мои надежды. Я никого не мог защитить, даже самого себя.

– Потому что если бы ты выбирался из Нью-Йорка, то знал бы, что повсюду за его пределами есть мирные места, – проговорила Джулия. – Вот туда я и еду. Ты будешь так любезен задержать для меня машину?

Машина, поджидавшая Джулию напротив здания, была из самого шикарного в Бруклине автомобильного агентства «Легаси Пул», предоставлявшего своим клиентам роскошные черные автомобили с тонированными стеклами, сотовыми телефонами и коробочками с влажными салфетками, укрепленными в специальных держателях под задним стеклом. Да уж, Джулия знала, что выбрать. Выйдя из двери, я помахал водителю, он кивнул мне и снова откинул голову на подголовник – отдыхать. Я тут же принялся копировать его движения – кивнул, вытянул и изогнул шею, но тут у меня над ухом раздался ворчливый голос:

– Для кого эта машина?

Это был тот самый детектив по расследованию убийств. Он ждал нас, притаившись за дверью и втянув голову в воротник пальто, прячась от ноябрьского морозца. Таким я себе его и представлял: пластиковый стаканчик с кофе в руках, поношенный галстук, щетина, вопросительный взгляд. Это точно был наш сыщик – ошибиться было невозможно, однако это не означало, что он догадался, кто я такой.

– Леди еще в доме, – сказал я и похлопал его по плечу.

– Но-но! – бросил он предупреждающе и нырнул вниз, чтобы избежать очередного похлопывания.

– Извини, приятель. Не могу сдержаться. – Я отвернулся от него и пошел назад в здание.

Впрочем, мой элегантный уход был испорчен: Джулия как раз спускалась вниз со своим гигантским чемоданом. Я бросился ей навстречу, и дверь стала со скрипом закрываться у меня за спиной. Увы, я действовал слишком медленно: полицейский успел удержать дверь и скользнул в дом следом за мной.

– Прошу прощения, – стараясь говорить властным тоном, обратился он к Джулии. – Вы Джулия Минна?

– Была, – ответила она.

– Были? – недоуменно переспросил полицейский.

– Да, – кивнула она. – Ну разве это не забавно? Еще час назад я была миссис Джулия Минна. Лайонел, поставь мой чемодан в багажник.

– Торопитесь? – спросил сыщик у Джулии.

Я наблюдал за ними со стороны с таким чувством, словно был всего лишь безучастным водителем лимузина. «Еще несколько минут назад…– хотелось мне сказать, – мои руки…»Вместо этого я взял у Джулии чемодан и, пропустив ее вперед, пошел следом за ней к автомобилю.

– Вроде того, – кивнула Джулия. – Мне нужно успеть на самолет.

– Куда летите? – Смяв пластиковый стаканчик, он бросил его за спину, тот слетел вниз со ступенек в кусты и повис на сухой ветке. Надо сказать, кустарник и так уже был сплошь увешан мусором.

– Я еще не решила.

– Она летит в мирноместо, порнокресло, фиантрочресла…

– Заткнись, Лайонел!

Детектив посмотрел на меня так, будто я был сумасшедшим.

История моей жизни до этого мгновения:

Учительница смотрела на меня так, будто я был сумасшедшим.

Социальный работник смотрел на меня так, будто я был сумасшедшим.

Мальчик посмотрел на меня так, будто я был сумасшедшим, и ударил меня.

Девочка посмотрела на меня так, будто я был сумасшедшим.

Женщина посмотрела на меня так, будто я был сумасшедшим.

Черный детектив по расследованию убийств посмотрел на меня так, будто я был сумасшедшим.

– Боюсь, вы не можете сейчас уехать, Джулия, – заявил детектив, решительно подавляя смущение, вызванное моими жестами и выкриками. Он уже немало повидал за этот день, и у него оставалось ровно столько терпения, чтобы не наброситься на меня – так мне, во всяком случае, казалось. – Мы захотим потолковать с вами о Фрэнке.

– Но для этого вам придется арестовать меня, – заявила Джулия.

– С чего это вы заговорили об аресте? – обиженно спросил инспектор.

– Чтобы прояснить ситуацию, – не моргнув глазом, ответила Джулия. – Арестуйте меня, или я сажусь в машину. Лайонел, прошу.

Подхватив тяжеленный чемодан и стащив его вниз по ступенькам, я сделал знак водителю, чтобы он открыл багажник. Джулия стучала каблучками следом за мной, инспектор плелся за нею. В лимузине жужжало радио, голова водителя по-прежнему покоилась на подголовнике. Когда Джулия уселась на сиденье, сыщик придержал дверцу мясистыми руками и сунул голову в салон.

– Вас разве не интересует, кто убил вашего мужа, миссис Минна? – Он был явно шокирован равнодушием Джулии.

– Сообщите мне, когда узнаете имена убийц, – отозвалась она. – И тогда я скажу вам, интересует меня это или нет.

Я водрузил чемодан на запасное колесо. Мне пришло было в голову открыть его и осмотреть пистолет, который Джулия сунула туда, но потом я сообразил, что не стоит делать это в присутствии детектива по расследованию убийств. Он мог неправильно истолковать мои действия. Так что вместо того, чтобы лезть в чемодан, я захлопнул крышку багажника.

– Но тогда нам придется поддерживать связь, – заметил инспектор.

– Я же сказала вам, что не знаю, куда поеду, – проговорила Джулия. – У вас есть визитка?

Детектив отпустил дверцу, пытаясь вытащить визитную карточку из внутреннего кармана пиджака, и Джулия проворно захлопнула дверцу машины, приоткрыв окно, чтобы забрать у него визитку.

– Мы можем задержать вас в аэропорту, – сказал он серьезно, пытаясь напомнить ей о своей власти или, может, не ей, а себе. Однако уверенности в его голосе, признаться, было немного.