Повелительница пламени - Камелова Елена Игоревна - Страница 9

  - А когда мне отправляться? - спросила я.

  - А тебе уже так не терпится? - усмехнулся демон. - Все равно уж будь добра, дождись до завтра.

  - Значит, завтра, - я непонятно чему улыбнулась.

  - Меня ты завтра уже не увидишь.

  Я немного расстроилась. Мне хотелось с ним попрощаться.

  - Но я буду тебя периодически навещать, - он лукаво улыбнулся.

  Я так и не поняла, что он имеет в виду. Мы пошли по направлению к дому, а у двери моей комнаты он пожелал мне спокойной ночи. Светало.

Глава 2

Повелительница пламени

На рассвете ко мне пришло странное видение. Мне показалось, что у моей кровати стоит Лин, и на его губах играет нежная улыбка.

  - До свидании, солнышко, - сказал он. - Я буду скучать.

  - Ничего, переживешь! - в полудреме пробурчала я.

  - Ты такая красивая, когда спишь, - сказал он, склоняясь к моему уху.

  - Я знаю, - я обняла подушку, снова закрывая глаза.

  Он тихонько рассмеялся мне в ухо, я чувствовала его горячее дыхание. Затем он нагнулся к моему лицу, пощекотал пальцем мой подбородок и легко коснулся моих губ в мимолетном поцелуе.

  Тут уж я резко открыла глаза и подскочила в своей постели. Затем оглянулась и поняла, что одна в комнате, а солнце стоит уже высоко, и решила, что это был всего лишь сон. Потому что все, что происходило, не поддавалось никаким логичным объяснениям.

  Как Лин и обещал, я его не застала. Он покинул дом, пока я спала. И единственным подтверждением, что вчерашний разговор мне не приснился, был браслет на моей руке. Венера тоже уже встала, а когда я собралась сказать ей, что ухожу, готовая, что та примет подобное заявление в штыки, то была приятно удивлена. Моя бывшая хозяйка не только не стала настаивать, но и собственноручно помогла собрать мне мои вещи. Правда, без особого сожаления по поводу моего ухода. Когда я принялась подсчитывать мои скромные сбережения, то обнаружила в кошельке несколько золотых монет и короткую записку: "Не бойся, они не исчезнут. Лин".

  По лесной тропинке, очевидно, в шутку прозванной кем-то дорогой, мы шли вдвоем - я и мой новый ослик, которому я дала нести свой багаж. Разбойники, хищники, монстры, лешие и прочая нечисть, если таковые здесь и водились, пока не изъявили желания нам показываться. Ни я, ни ослик ничуть не огорчились. Птички чирикали вокруг, солнышко грело, и мне стало так хорошо, что я начала петь. После этой песни, думаю, лес опустел окончательно. Нет, голос у меня был хороший, громкий, а вот со слухом боги меня подвели, так что после каждой своей песни я не гарантировала результатов.

  К обеду я увидела на горизонте какую-то деревушку. Поначалу обрадовалась, что мне удастся нормально пообедать и, может быть, даже поспать в постели. Постепенно приближаясь к поселению, я скисла: здесь мне делать нечего. Вид перекошенных, грязненьких домишек говорил сам за себя: голая нищета. Я уже хотела и вовсе пройти деревню стороной, но что-то привлекло мое внимание. И это "что-то" поступило очень опрометчиво, потому что я от природы была ужас какой любопытной.

  На поляне между деревней и лесом стояла толпа людей. Чуть в отдалении двое мужчин вколачивали в землю столб. Я удивленно приподняла одну бровь: "Что сие означает?". Я подошла поближе.

  Между основной безликой массой в однообразных серых одеждах возвышался один, на которого был накинут черный балахон и который что-то проникновенно втолковывал людям на повышенных нотах. Толпа кивала и громогласно соглашалась со всем, что говорил человек.

  - ... и теперь, братья мои, вы видите, что мы должны избавиться от этих детей, ибо они несут нашей деревне голод и неурожаи! Наша деревня гибнет, наши посевы не всходят, нас мучают разные хвори!.. - продолжал человек в черном балахоне.

  Люди одобрительно загалдели. Тем временем из всей толпы отделились три фигуры: здоровый, крепкий крестьянин и двое подростков - мальчик и девочка лет тринадцати, явно близнецы.

  Я краем глаза заметила, что столб уже вбит в землю, и кто-то натаскал к нему гору хвороста. В моей голове закрутились какие-то подозрения.

  - Если мы покончим со скверной, то беды нас покинут! Мы снова станем процветать! Так давайте же придадим бесовские отродья пламени!

  Интере-есно!.. Кого это тут собрались придавать пламени?!

  Крестьянин, стоящий рядом с детьми, стал подгонять их к столбу. Я вспомнила, что давным-давно такими методами пользовались и по отношению к ведьмам - в костер и дело с концом. Ну а сейчас сожжение - верх отсталости.

  Детей вывели на специально подготовленные подмостки и начали привязывать к столбу. Меня поразило выражение холодной готовности и абсолютного презрения к окружающим на лицах подростков. Черноволосая девочка и ее брат не показывали никому своего страха, и это еще сильнее злило толпу. Люди откровенно выплевывали проклятия в сторону будущих жертв.

  - Пламя очистит их души! Зло, таящееся в этих детях, погибнет! Беды уйдут! - разглагольствовал человек в балахоне, чем начинал меня откровенно злить. Что за чушь он городит?!!

  - Стойте!!! - тут из толпы выбежала какая-то седовласая старуха и закрыла собой детей. - Да что же вы делаете?! Ведь знаете же, что дети ни в чем не виноваты! Опомнитесь! Не трогайте их!

  - Уйди, Майя, не мешай нам, - холодно приказал человек в балахоне, делая шаг в ее направлении. - Мы поступаем верно. Это единственное, что может спасти деревню.

  - Нет!! - закричала старуха, падая на колени и сотрясаясь в рыданиях. - Не дам!! Пощадите их!

  - Майя, бесы, вселившиеся в тела этих несчастных, заставили тебя поверить, что дети ни в чем не виноваты, - продолжал человек, обращаясь теперь еще и к толпе. - Наше дело верное. Мы всего лишь изгоняем зло.

  - Они не зло!!! - исступленно мотала головой старуха. - Эти дети не виновны в наших бедах! Не-еет!!! - Ее просто оттащили в сторону.

  - Пламя рассудит! - заключил оратор.

  Пламя, говорите? Да, пламя уж точно рассудит, - я мысленно улыбнулась. Пламя - это как раз по моей части. Надеюсь, Лин меня не обманул и у меня все получится. Должно получится.

  Я проследила, как кто-то из толпы вышел с горящим факелом. Я напряглась и... факел потух. В толпе послышались удивленные возгласы. Тот, кому было поручено поджигать костер, остановился на полпути и выглядел крайне ошеломленным. Ничего, то-то еще будет!

  Факел снова зажгли и поднесли к хворосту. А пламя не замедлило опять потухнуть. В толпе уже слышалось недовольство. Человек в балахоне, очевидно, главный, поспешил всех успокоить:

  - Ничего, братья! Бесы решили поколебать нашу уверенность! Теперь вы видите, что эти дети одержимы?! Сжечь их!

  Но ни в третий, ни в пятый, ни в десятый раз ничего не получилось. В глубине толпы послышались приглушенный смешки, а человек в балахоне выглядел очень раздраженным и еле сдерживался, чтобы не сорвать гнев на людях.

  - Ребят, а может, по домам? - жалостливо вопросила я, мне надоело "задувать" факел.

  Кто-то рядом сразу же обратил на меня внимание:

  - Брат, среди нас посторонняя! - раздались у меня над ухом голоса.

  - Ведите ее сюда! - прорычал главный.

  Я не успела опомниться, как меня схватили за руки и подвели к нему. Он окинул меня гневным взглядом:

  - Кто ты? - прошипел он.

  - Путешественница.

  - Что ты делаешь в наших рядах?

  - Мимо проходила, зашла на "огонек". А что, нельзя?! - я уперла руки в боки.

  - Можно, - злорадная улыбка. - Это ведь ты каким-то образом не давала нам начать?! Так что теперь можешь и поучаствовать. Братья, среди нас появилась ведьма! На костер ее!

  - На костер! - загалдела в ответ толпа.

  Мне это не понравилось. Детей на время сняли со столба и уступили это почетное место мне. Я даже видела, как из толпы выходит мой знакомый с факелом.