Темная вода - Лонго Лика - Страница 4

— Я не хочу, чтобы еще одна моя подруга стала утопленницей! — попыталась пошутить Надька, но мой спаситель так грозно и с такой ненавистью посмотрел на нее, что ей пришлось замолчать.

— Да, — виновато ответила я, тщетно пытаясь скрыть дрожь, бьющую все тело.

Его реакция на Надькину шутку осталась для меня непонятной. Зато я наконец смогла разглядеть его. Он не походил на тех парней, которые учились со мной. Его будто срисовали с картинки — тонкие черты лица, русые густые волосы, идеальное телосложение. Но главное — глаза. Они меняли оттенок, светились, переливались и словно были наполнены морской водой. Я уже догадалась, что именно об этом «чуде» говорила Надька в школе И тут же — о, женская натура! — я вспомнила, что у него есть девушка. Неужели меня кольнула ревность из-за человека, которого я вижу от силы десять минут?

Дрожащей рукой я попыталась убрать со лба мокрую прядь непослушных волос. Из горла вырвался предательский всхлип. Спасатель уставился на меня как-то странно.

— С тобой все хорошо? — спросил он осторожно.

— Конечно нет! — вмешалась Надька. — Ты же видишь, у нее глаза на мокром месте! Еще бы — чуть не стала кормом для рыб!

Я представила, как мое бездыханное тело медленно опускается на морское дно, его облепляют рыбы, а на берегу в слезах мечутся мама и бабушка. И тут я наконец дала волю слезам. Стоило только мысленно дать себе команду «вперед!» и разрешить плакать, как слезы полились по щекам двумя ровными горячими струями. Я громко всхлипывала, нос моментально разбух и перестал дышать, глаза защипало. Надька бросилась ко мне, неуклюже обняла меня за голову, прижала к своему животу и стала раскачиваться из стороны в сторону — будто успокаивала расплакавшегося малыша. А я успела заметить, с каким удивлением смотрит на эту картину спасатель — словно никогда и не видел, как плачет девчонка. Ну конечно, модели-то небось не ревут — у них макияж…

Парень явно не знал, что ему делать. Он выпрямился, повернулся к нам спиной и уставился на море, будто не хотел меня смущать. Так он простоял, пока я не успокоилась, а потом принялся реанимировать мою ногу. Он наклонился, и я ощутила на коже холод его рук. Он немного пощипал, а потом начал массировать, и через некоторое время я почувствовала, что нога в порядке. Надя отошла в сторону и молча наблюдала за нами, а мой спаситель больше не вымолвил ни слова. Мне он казался очень серьезным, строгим и страшно недоступным. Внезапно промелькнула мысль — а каков он, интересно, со своей девушкой? Неужели мягкий и пушистый? Это трудно было представить…

— Всё? — Молодой человек легко поднялся с колен и пристально посмотрел на меня. В его холодных глазах не было и капли сочувствия или хотя бы какой-то человеческой доброты. Мне стало не по себе от его взгляда.

— Да, да, всё в порядке, — заблеяла я и стала поспешно одеваться. «Боже, что он подумает про мой купальник?»

— Если часто сводит ногу, нужно носить с собой булавку или иголку. Тебе следовало бы это знать, — произнес мой спаситель тоном отца, поучающего малолетнюю дочь. Только вот голос у «отца» был обволакивающий и лишающий воли, волшебный какой-то голос. С этими словами он развернулся и пошел в сторону своей будки. Тут же ко мне подскочила Надька и горячо зашептала в ухо:

— Вот видишь, это он! Нелепо вы, конечно, познакомились! Правда, красавчик? По нему все девки в Бетте сохнут, но только он ни на кого не смотрит! Ну ты, конечно, дура — так разреветься при нем. Хотя какая разница — все равно он недоступен.

— Да поняла я уже! — огрызнулась я. Надька отстранилась и удивленно выгнула одну бровь.

— Ладно, пошли. Тебе в мозги, наверное, морская вода залилась!..

Первым делом о происшествии на воде узнала, конечно, моя бабушка — у нее по всему поселку глаза и уши. Мама охала и ахала, пока я в задумчивости уплетала остывший ужин, а потом, когда я пошла в душ, она положила мне на тумбочку огромную булавку. Очень мило!

Вечером я снова не могла уснуть. Но теперь дело было не в школе и новом коллективе. Перед глазами то и дело всплывала довольная физиономия ухмыляющейся Надьки: «Только не влюбляйся в него…» К слову, я даже не узнала, как зовут моего спасителя.

Утром, вся разбитая, я поползла в школу. Там, конечно, все уже обсуждали мой позор. Как бы я хотела провалиться сквозь землю!

— Привет, утопленница! — дружелюбно ткнул меня в плечо кулаком один из одноклассников, Миша. Он был длинный, нескладный, чертами лица похожий на туповатого молодого бычка — большие ноздри, добродушные широко раскрытые глаза и широкий лоб.

— Спасибо. Такое приветствие очень поднимает настроение… — попыталась отшутиться я и поспешила к своему месту. Надьки еще не было. Видимо, опоздания давно вошли у нее в привычку.

— Да ладно тебе, я шучу! — примирительно промычал Миша. — Не обижайся…

— Договорились! — отрезала я, мечтая, чтобы он поскорей отвязался. В этот момент прозвенел звонок, и в классе появилась Надя. Увидев меня, она широко улыбнулась и плюхнулась рядом.

— Есть учебник? Я свой дома забыла.

— Есть, — просияла я. Кажется, дружба завязывается. (Как выяснилось потом, зря я в тот день дала слабину — последующий учебный год мне приходилось носить учебники одной, так как Надя всегда их «забывала».)

Весь урок геометрии я совершенно не следила за объяснениями, и когда меня вызвали к доске решать задачу, еле справилась с заданием и получила трояк Я собиралась с мыслями. Я хотела знать всё о моем спасителе. И мне повезло — Надька сама завела разговор.

— Ну и как тебе твой герой? — спросила она громким шепотом так, что девчонки, сидевшие перед нами, разом оглянулись.

— Ничего так… — смутилась я и ответила намного тише, пытаясь показать ей, что не хочу трепаться на весь класс.

— Классный, правда? — Она явно ждала признания в том, что я влюбилась в него с первого взгляда.

— Ну да, но он как будто не от мира сего, странный какой-то. Даже не улыбнулся ни разу! — выпалила я все свои ночные мысли, и краска залила щеки.

— Да, это в нем есть… — Надька загадочно закатила глаза. Но тут же вернулась к реальности: — Но нам с тобой такие парни не светят.

Словно услышав ее, Мишка с соседнего ряда повернулся ко мне и широко улыбнулся. Я быстро отвела глаза.

— А как его зовут-то? — Я старалась держаться максимально отстраненно.

— Тут тоже странная история, — с готовностью зашептала Надька. — Он сам говорит, что его зовут Саймон… Странное имя, правда? Якобы происходит от какого-то древнего рода… Но все зовут его Семеном. Или Сёмой. Я думаю, с ним не все так просто, — загадочно прошептала подруга, — болтают, что он связан с контрабандистами. Ты сама подумай: упакован как надо, деньги у него водятся — это точно. Но уже третий год сидит в нашей дыре и работает спасателем. Зарплата семь тысяч, а куртка от Гуччи, и ездит на новеньком «Форде». Наши постоянно видят его у моря по ночам. Ну когда он с фифой своей прогуливается — это еще понятно. А часто один приходит на дикий пляж, где скалы…

— Ясно. А что за девушка у него? — Оказалось, что задать этот вопрос труднее всего. Кровь за одну секунду прилила к лицу так, что щеки нестерпимо загорелись изнутри.

— О, нам с тобой до нее далеко… Блондинка, длинные ноги, потрясающая фигура… Да что говорить — сама увидишь.

Мне ничего не оставалось теперь, как уткнуться в учебник. Говорить больше не было желания.

На перемене ко мне снова подошел Миша. Он теребил в руках шнур от плеера и явно волновался. При виде него у меня внутри словно поднялась волна негодования — как же он достал!

— Не хочешь сходить сегодня в кино? Тут иногда хорошие фильмы показывают… — Он выглядел немного смущенным, но полным решимости.

— Ой, нет, спасибо, нужно геометрию учить — тройку исправлять! — Надо же, я не ожидала от себя такой прыти по части вранья. — Мама ругаться будет, только начала учиться в новой школе — и сразу тройбан!

— А-а-а, понимаю… — протянул расстроенно Миша. — Ну ладно, давай как-нибудь в другой раз…