Опасное пламя страсти - Эллиот Кара - Страница 24

Но в одном Кейт была абсолютно уверена – ради ее собственного душевного спокойствия она должна держаться от него как можно дальше.

Не испытывая особого желания ложиться в холодную постель, Марко не спеша шел по посыпанной гравием дорожке сада. Он выбрал окольный путь вокруг тыльной стороны имения к ближайшему к его комнатам входу. Из рощи грушевых деревьев доносились трели соловья. В недавно скошенной траве стрекотали кузнечики.

Когда он в последний раз слышат кузнечиков или поднимал глаза, чтобы увидеть сияние звезд над головой?

Марко замедлил шаги, прислушиваясь к давно забытой ночной музыке, так непохожей на пьяный смех и страстный шепот, сопровождавшие его ночи. Легкий бриз проникал сквозь высокую изгородь из самшита, и сто аромат, наполненный благоухающим, свежим привкусом земли и листьев, неожиданно пробудил в нем воспоминания о прошлом. Жаворонки в лугах, купания при луне в озерах с бархатной водой, приключения, которые он делил с братом. Проклятие. Что за сентиментальность вдруг напала на него? Слава Богу, Марко больше не был зеленым наивным юнцом, опьяненным детскими мечтами. Он создал свою собственную жизнь и свои собственные правила. Повернув за угол, Марко остановился как вкопанный.

Словно окутанный светом звезд, парящий стеклянный павильон предстал перед ним как черный волшебный призрак. Его изящные очертания – неземные серебрящиеся стекла на фоне темных деревьев, – казалось, плыли в клумбах тумана.

Марко моргнул, неуверенный, что его глаза не сыграли с ним злую шутку. Затем вспомнил упоминание о знаменитой оранжерее герцога с множеством экзотических растений.

Любопытство заставило его сойти с покрытой гравием дорожки и приблизиться к необычному сооружению. Ему показалось, что неожиданно открылось окно в какой-то очарованный мир. Внутри горело несколько медных ламп, их колеблющееся пламя отбрасывало мягкий свет на роскошные зеленые джунгли. Пальмы в кадках тихо покачивал и своими резными листьями с бусинками влаги на них.

Изобилие цветов, которым он не знал названий, окрашенных во множество тонов и красок, свисали с терракотовых декоративных горшков, окаймлявших узкую кирпичную дорожку. Легкий всплеск невидимого фонтана доносился сквозь затуманенные тени. Марко глубоко вдохнул воздух, ощущая благоухание множества самых разных растений.

Следуя неожиданному порыву, он прижался щекой к стеклу и закрыл глаза. Его поверхность была одновременно очень теплой и холодной, и странное ощущение вызывало дрожь вдоль его позвоночника. Марко стоял неподвижно, словно статуя, удерживаемый необъяснимой силой.

– Diavolo, – пробормотал он, и звук собственного голоса наконец развеял чары.

Он поднял взгляд – только чтобы понять, что смотрит глаза в глаза другому человеку.

Леший из леса или джинн из коптящей лампы?

Полностью потеряв ориентацию, Марко долго смотрел на призрачное отражение, прежде чем различил лицо Кейт Вудбридж.

Ее поза зеркально отражала его – они стояли со слегка расставленными ногами лицом друг к другу, их ладони были прижаты с той и другой стороны точно в одном и том же месте, их разделяло лишь тонкое стекло. Марко видел, как бился пульс на нежном горле, как поднималась и опускалась ее грудь; и от дыхания запотевало стекло. Его кожу стало пощипывать. Эффект был почему-то чрезвычайно эротическим.

– Что, черт подери, вы выделаете там, на улице? – Приглушенный голос Кейт положил конец всем его мыслям. – Отойдите. Иначе вы разобьете стекло.

Марко резко выпрямился.

– Вам лучше войти, прежде чем вы поранитесь.

Кейт указала на окованную железом дверь в углу.

Марко послушался совета. Засов щелкнул, дверь открылась, и он переступил порог, немедленно ощутив тепло влажного воздуха, целующего его щеки. Земная сладость и свежесть наполнила его ноздри и моментально, придала ему давно забытое легкомыслие.

– Осторожно! – воскликнула Кейт. – Эти орхидеи только что прибыли из Мадраса, и мой дед наденет вашу голову на древко копья, если вы сшибете их.

– Не надо кричать, – ответил он. – Ни мои мозги, ни мой слух не пострадали. И вообще я очень мало выпил сегодня вечером.

– Ха! Сэр Бизли жаловался, что вы не могли сосчитать до десяти, когда были его партнером за карточным столом.

– Это не из-за бренди; все дело в компании. Сплошная скука играть в вист с этими старомодными, несгибаемыми бюрократами.

– Тогда почему вы покинули Лондон? – требовательно спросила Кейт.

– Мне было скучно играть в очко с развращенными мерзавцами.

– Как можно возбудить ваш интерес… – начала Кейт, затем резко замолчала. – Нет, знаете, лучше не отвечайте. Не хочу ничего знать.

Марко засмеялся:

– Я думал, что ученые любознательны по природе.

Кейт сделала глубокий вдох, но не ответила.

Марко намеренно приблизился к ней.

– Опасаетесь, что узнаете что-то, что вам незнакомо?

– Есть очень немного из того, что я не знаю…

– Не знаете чего? – требовательно спросил Марко, когда девушка неожиданно замолчала.

Кейт отвернулась 6т света.

– Не видели? Или не делали? – Губы Марко сложились в саркастическую улыбку. – Однако я очень сомневаюсь, что вы имеете подлинное представление о том, какой бедной и жалкой может быть жизнь.

Глаза Кейт на мгновение вспыхнули и расширились.

И ее ранимый взгляд исчез столь же быстро, оставив его в сомнениях, не вообразил ли он его.

– Можете думать все, что вам угодно, – прошептала Кейт сквозь стиснутые зубы. Подхватив юбки, она начала разворачиваться. – Поскольку вы заявили, что трезвы, вам не составит труда самому найти обратный путь.

– Подождите. – Марко схватил ее за запястье. – Не так быстро.

Окаймленная свисающими ветвями деревьев и стеллажами, уставленными глиняными горшками с хрупкой рассадой, узкая дорожка не оставляла достаточно места для маневрирования. Кейт попыталась отступить, назад, но уперлась в твердую древесину дуба.

Она со стоном выдохнула.

– Все еще немного побаливает, bella? – поинтересовался Марко, неспособный удержаться от того, чтобы не подразнить се. Лицо девушки при свете выглядело таким прелестным. – Пусть это будет уроком, как крепко нужно держать узду на своих импульсах.

Ладонь Кейт сложилась в кулак.

– Вам кто-нибудь когда-нибудь говорил, какой вы отвратительный, высокомерный осел?

– Да, и так много раз, что я просто сбился со счета.

– Но вы не намерены согласиться?

– Я не намерен измениться. Вот и вся разница.

– Лишенная всякого смысла, – заключила она. – А теперь позвольте мне пройти, сэр, прежде чем я силой заставлю вас сделать это.

– О. Звучит интригующе.

Словно невзначай, резким движением пальцев Марко притянул ее к себе, настолько близко, что ее грудь прижалась к его фраку. Уронив руки, он легко скользнул ими по ее бедрам.

Жар охватил тело Кейт, когда их бедра соприкоснулись. Она почти задохнулась от этой близости.

– Вот так. Я готов.

– Вам, будет не до шуток, когда мои колени сожмут ваши яички.

Она была права.

– Предполагается, что леди не должна знать такие гадкие маленькие секреты.

– А кто сказал, что я леди?

Кейт слегка вздернула подбородок, открывая его взору тонкий как волосок шрам на его кончике. В один сумасшедший миг Марко почувствовал горячее желание коснуться его языком. Настоящая леди никогда не увидит острое лезвие ножа близ своей кожи. У настоящей леди на лице никогда не появится выражение усталости много пережившего человека. Настоящая леди никогда не имеет такого стойкого выражения лица и такого, иногда затравленного, взгляда.

Большинство женщин было легко попять, но Кейт Вудбридж не из их числа. Она представлялась ему настоящей загадкой. Паззлом, чьи кусочки он никакие мог собрать воедино. Она интриговала его.

Возможно, это было частью вызова.

– На что вы смотрите, сэр?

Кейт повернулась лицом к деревьям, скрывая свои черты в тени листвы.

– У вас… ваш носик усыпан веснушками, и в уголках глаз морщинки от солнца.