Дикий ученик - Ковальков Александр - Страница 27

Я попросил не мешать, пока буду заниматься с пленниками. Мастер сначала возмущался, но быстро сдал свои позиции. А не фиг без амулета защиты разума ходить!

Первым делом я высосал из бессознательного тела мага всю лишнюю энергию, оставив только для поддержания жизни и минимальной возможности двигаться. Приведя его в чувство, стал задавать интересующие меня вопросы, сканируя мельтешащие в его мозгу обрывки воспоминаний. Через полчаса у меня была полная картина происходящего.

Усыпив пленника, вышел к остальным.

– Пойдем в комнату к Драмару, ему тоже будет интересно, – не дав мне начать, предложил мастер.

В комнате Драмара все было готово для долгой и обстоятельной беседы. Брам, пока я допрашивал пленного, натащил туда мяса и несколько кувшинов с пивом. Перед обсуждением сложившейся ситуации мы немного перекусили и неторопливо выпили по кружке пива. А я все не мог собраться с мыслями и начать рассказ.

– Не тяни, господин маг, рассказывай, что узнал, – обратился ко мне Драмур.

Его заявление сбило меня с толку, и я недоуменно уставился на него. Вроде никому не говорил, что маг.

– Ауру забыл раскрыть. Так и ходишь закрытым, – ухмыльнулся мастер. – Да не переживай, никому мы не расскажем. Гномы друзей не выдают. Тем более ты сегодня всех нас спас.

– Спасибо. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь еще узнал, что я маг. – Я вздохнул с облегчением. Насколько успел узнать мастера, его сына и Брама, они не нарушают данного слова.

– Но почему? Обычно если человек маг, то не скрывает этого. У магов гораздо больше прав, чем у обычного человека, каким ты притворяешься.

– У магов – да, а вот у учеников, тем более диких… Слишком опасно.

– Тогда да, – понимающе покивал Драмур. – Ладно, отвлеклись немного, пора к делу приступать. Что узнал?

– Все мы допустили ошибки. Первая была в том, что тот чинуша, что проверял нас на пристани, хорошо разбирается в своем деле и понял, что мы привезли мясо василисков. Поэтому он и взял взятку, заодно и в Гильдию охотников стуканул, а та в Ночной заказ на вас сделала. Очень вы им поперек горла встали со своей самостоятельностью. Вторая: мастера Йорика мы попотчевали этим мясом, да и несколько шкур он увидел. – Я сделал предупреждающий жест готовым разбушеваться гномам, показывая, что еще не закончил. – К тому же он узнал Каима. Оказывается, толстяк плотно сотрудничает с Урбаем. Тот сложил дважды два и послал к нам этих неудачников. Все. Остальное вы знаете.

– Но как же так? Мастер же целитель, он Драмара вылечил! – закричали возмущенные гномы.

То, что Ночная гильдия интересуется не только ими, но и Каимом, прошло мимо их сознания под впечатлением о подлости мастера Йорика.

– Да не вылечил он его! – в сердцах воскликнул я. – Только хуже сделал да золотишко содрал.

Зря я это сказал. Драмар побледнел, осознав услышанное, а мастер сначала побагровел от гнева, а потом как-то сдулся, и взгляд его приобрел потерянное выражение.

– Объяснись, – тихо прошептал придавленный горем отец.

– Повреждения были уже старыми, нервные волокна под воздействием заклинания просто спеклись по краям разрыва. И Йорик об этом знает.

В комнате повисло тягостное молчание. Ни на ком из гномов не было амулетов защиты разума, и я без труда улавливал их гневные эмоции и обрывки мыслей с пытками и убийством целителя. Вот только от парализованного сына кожевенника начала исходить такая волна тоски и отчаяния, что мне стало не по себе. А уж когда мелькнули мысли о самоубийстве, я не выдержал.

– Успокойся, – жестко приказал я, подкрепляя слова ментальным воздействием. – Возможно, я смогу тебя вылечить. Только сначала надо потренироваться. – Я растянул губы в оскале, от которого гномам стало не по себе. – И у меня как раз есть трое подопытных.

На выработку планов ушел еще час. В итоге мы решили, что Каим выходит в город для покупки необходимого только в сопровождении Брама (единственного среди нас полноценного воина), все свое время делая артефакты и амулеты, дабы нас максимально обезопасить. Я первым делом до конца залечиваю ногу Брама, занимаюсь опытами с пленниками и осмотром Драмара. Все остальное время помогаю нашему артефакторщику. Отдельные споры и пререкания вызвало мое желание найти мастера клинка и учиться у него, но гномов я быстро убедил, а Каим отступился перед большинством. (Пока я еще не подобрал ключики к его иммунитету ментальной магии. Вернее, не иммунитету, а очень совершенной защите, наложенной не иначе как самой Ликой.)

Шкур василисков у нас вполне достаточно для загрузки мастера работой еще месяца на два, чем тот и будет заниматься, обеспечивая наличностью на необходимые траты.

Оставив всех обсуждать детали, я спустился к пленникам. Слабые угрызения совести сделали робкую попытку укорить меня, но я не поддался на собственную провокацию. Эти люди сами выбрали свою судьбу. Никто не заставлял их убивать нас. За все надо платить, и их плата – быть подопытным материалом. Приняв окончательное решение, я разорвал несколько энергетических каналов мага, не давая ему накапливать Силу, и тремя точными и сильными ударами перебил каждому работнику ножа и топора позвоночник.

Глава 10

Идя по узким улочкам Галана, я размышлял над вопросом, насколько изменился с попаданием на Ойкум. Несколько часов назад я без лишних эмоций покалечил трех человек. Не убил, защищая себя и своих друзей, а целенаправленно превратил в инвалидов для проведения экспериментов. Вопреки ожиданиям совесть не мучила меня. Да, я поступил ужасно, с точки зрения среднего землянина, но в то же время я поступил вполне оправданно, исходя из сиюминутной ситуации. Каим много рассказывал о том, какие опыты могут поставить надо мной маги, если прознают, что я дикий. Стать Духом-Охранником, управляющим защитой дома, – один из лучших вариантов, и то если попаду к магу высокого ранга.

По местным законам убийца, плененный на месте преступления, переходит в собственность пленившего. Если на то будет желание. Единственное условие такого рабства – хозяин полностью отвечает за все поступки, буде раб сотворит какую гадость.

Еще вчера, увидев результаты целительства, решил попытаться вылечить Драмара. Разумеется, первоначально я намеревался ставить опыты над животными, отвергая мысли прикупить для этого раба. Строение животных и человека во многом различны, и что хорошо для одного, может оказаться плохо для другого, но приемлемого с позиций морали выхода из ситуации я не видел. Появление убийц расставило все по своим местам.

Самым трудным было нанести первый удар, но, когда я заглянул в глаза одного из ночных шакалов, сомнения отпали. Перед моим мысленным взором как вживую пронеслась картинка семилетней давности.

…Я лежал на полу в луже собственной крови. Перед глазами все плавало как в тумане. Удар стальной палкой по голове не прошел даром.

Тот, что с палкой, навис надо мной и пинал ногами при каждой попытке пошевелиться. Другой… Другой стоял посреди комнаты и угрожал пистолетом матери, сидевшей на диване, и сестре, прижавшейся спиной к батарее. Грабители требовали отдать им деньги и постоянно спрашивали, где кубышка. Денег не было, и отдавать, соответственно, было нечего. Все ценное они уже забрали.

Они не удовлетворились результатом и принялись нас избивать. Наконец, решив, что побоями ничего не добьются, один из них вынул из пистолета магазин и показал боевые патроны. Его глаза были совершенно безумны, в них плескалось наслаждение властью над нами. Наверное, он ощущал себя всемогущим. Как же, ведь у него в руках пистолет. Напарник, такой же как он, тоже упивается моментом. Сейчас им можно все, и никто не помешает. Соседи по лестничной площадке, даже если и слышали крики, никак не отреагировали. Чего бояться? Они уже здесь минут сорок. Жертвы беспомощны и осознают это. Заодно можно и поглумиться, подняв себя в собственных глазах. Продемонстрировав нам патроны и вернув магазин на место, грабитель картинно передернул затвор и поднес ствол к виску матери. На его роже появилась довольная мерзкая ухмылка…