Я демон! Что это меняет? - Ткаченко Даниил - Страница 2

– Я даю тебе это имя в честь Великого Голода, который сделал тебя таким. А чтобы ты принял свое истинное имя, я покажу, как все произошло. Пора тебе познакомиться со своими соседями по разуму.

Наргх начертал в пространстве перед собой руну Памяти и энергетическим толчком послал ее в Заана. Тот рухнул на колени, прикрывая голову руками, но руна зависла над ним и вдруг взорвалась, рассыпавшись огненным дождем и запятнав его кожу сверкающими вспышками.

И тогда человек в Заане вспомнил, что случилось после того, как он погиб на Земле.

Глава 1

Где я? Только ведь шел через мост, и вдруг темнота, голова от боли чуть не раскололась. В один момент я оглох и ослеп, потерял способность двигаться и дышать. Я умер.

Теперь вроде дышу. Могу даже двигаться, правда со скрипом. Только по-прежнему ничего не вижу, хотя глаза открыты. Или закрыты? Проверяю рукой. Открыты, но разве бывает такая темнота, чтобы вообще ничего не было видно? Тру глаза, напрягаю зрение – все без толку.

Эй! Кто-нибудь!

Звук гаснет, кажется, прямо в глотке, хотя я ору на пределе возможностей. Никакого эха, будто я в гробу или, наоборот, вокруг пустая бесконечность. Подо мной упругий, как резина, холодный пол, и из него в меня вливается… Холод? Да, только такой странный… не физическое чувство, а пустота, обреченность. Я осознаю это, и мне становится страшно. Я боюсь сидеть на месте и боюсь двигаться. Только так ведь ничего не дождешься, верно? Ладно, попробую пройтись. Вопрос – куда? В темноте все направления равны. Поднимаюсь, выставляю вперед руки. Иду. Может, в стенку упрусь – хоть какой-то ориентир.

Иду. Страх постепенно исчезает – не могут люди бояться так долго, никаких сил на это не хватит. Иду. Стенок нет – руки ловят пустоту. Хочу есть. Вокруг темнота, ни звуков, ни запахов. Только теперь понял, как я раньше ошибался, думая, что никому не нужен, что живу один на всем белом свете, – фигня все это, вот ТЕПЕРЬ я один.

Стоило это понять, как – япона мама! – больно врезался носком ноги в стенку: руки-то я уже опустил давно – устали. Стенка, как и пол, холодная, гладкая… никакая. Все равно пойду вдоль нее, может, куда-нибудь и выйду. Иду. Темно, холодно, голодно, уже не страшно – скучно.

Стена бесконечная. Темнота та же, к голоду прибавилась жажда. Сколько я тут? И что я тут делаю?

Очень правильный вопрос оказался – только я его себе задал, как увидел свет. Нет, не свет, просто я что-то увидел. Силуэт? Странное чувство: я вижу что-то и понимаю, что это еда. С чего взял? Просто вдруг понял – это передо мной еда. Ну и что, что в форме человека? Мало ли каких блюд на свете не бывает (или во тьме), я тут уже долго, а оно не шевелится. Ну ладно, сперва проверю: может, оно живое, тогда попробую поговорить.

– Эй! Здорово, разумный, а у вас еды не найдется для бедного путника?

Молчит, не понимает или не умеет говорить в принципе. Как и ожидалось. Странно, что меня это не удивляет и не пугает, но ведь нельзя бояться до бесконечности. Или я уже об этом говорил?

Э! Да оно тут не одно!

Вокруг меня, как лампочки, стали зажигаться другие силуэты. В их слабом свете я увидел клубящийся над полом черный туман – будто темнота осела и позволила мне рассмотреть эти странные фигуры.

Ну и что делать? Я подошел к другому светящемуся «призраку». Он отличался от остальных наличием четырех выростов-рук и окраской потемней. Полезть на рожон? Спровоцировать?

Попробовал толкнуть – никакой реакции, даже не покачнулся. Толкнул сильнее – все то же. Тогда разозлился и врезал ему правой со всей дури. Ох ты ж ёптыть! Как в куль с цементом зарядил – вроде мягкий и рассыпчатый, а не поддается. Больно, мля! Поорал, попрыгал, рукой потряс – прошло. А этот как сидел, так и сидит, не шевелится, не моргает и не говорит ничего.

В полном расстройстве чувств я уселся на пол рядышком и решил подбить итоги. Итог подбивался всего один – я умер, и это мой персональный ад. Если это так, то буду я слоняться тут целую вечность, а потом, наверно, превращусь в таких вот – я оперся спиной на четырехрукого, – в таких вот кулей.

Только об этом подумал – и сразу понял, что вечность ждать не придется: я уже так ослабел, что и пошевелиться не могу. Может, надо поспать? Я где-то слышал, что во время сна энергии меньше тратится. Прилягу. Эх, жестковато и холодно, но подыхать не хочется. Хочется жить даже здесь, черт знает где, в аду, без еды и без воды, в полном одиночестве, но как же хочется жить! Будто и не умирал.

Ладно, дышу медленно, закрываю глаза, расслабляюсь, выкидываю из головы все мысли и окунаюсь во внутреннюю пустоту. Этому я сам научился – не поверите откуда: прочитал книгу (не помню ее названия), где главный герой умел входить в состояние боевого транса и в результате становился настолько быстрее, что успевал раскидать врагов, пока те еще только поднимали оружие. Ну, вот и мне эта дурь в голову запала, и я так же захотел. Два месяца пытался овладеть волшебной методикой – ничего у меня не получалось, а когда плюнул и сказал себе: сегодня в последний раз, – сел, начал медитацию, и все вышло. На меня снизошло такое успокоение, что, кажется, ничего на свете и не надо, только быть в этом состоянии. На короткое время я приобрел способность смотреть на вещи под другим углом, и, когда возникло физическое желание пить, я понял, что первоисточник его только в моем теле, а дух от этого желания свободен, вода ему не нужна. И я попытался отстраниться от этого желания, отделить свой дух от тела, и мне это удалось. Вместе с чувством жажды пропали и все другие физические влечения. А потом я понял, что и страсть к прекрасному мне чужда и не нужна сейчас, и отстранился и от нее тоже. Так и завис между двух моих полярностей чистым сущим. Тогда мне удалось продержаться в трансе недолго, и больше я не смог в него войти, может быть, потому что слишком сильно этого хотел. Теперь настал подходящий момент попробовать снова.

Как и в первый раз, я попробовал отстраниться от своих низменных потребностей, но вдруг понял, что они никак не связаны с моим физическим телом хотя бы просто потому, что его тут не было. Этот факт внезапно предстал пред моим сознанием во всей своей пугающей наготе. Ведь я умер – это совершенно ясно, значит, здесь или преисподняя, или вовсе уже ад, потому что на рай это место совсем не походило. Тогда как я могу ощущать голод? И тут же я понял, что это не физическое чувство, а то, что исходит от моей темной части естества, и оно усиливается при виде множества духов, окружающих меня в этом странном месте. И я не мог отстраниться от этого чувства, оно все разрасталось и разрасталось, заполняя меня и пожирая изнутри. Оно оказалось сильнее меня, и я сдался.

Я вскочил и притянул к себе четверорукого духа, к которому до этого прислонялся спиной, впился губами в его шею и высосал, как космонавт всасывает шарики воды в невесомости. Меня охватили эйфория и опьянение, словно я обкурился дури и одновременно напился до чертиков. Но не было ни слабости, ни потери координации, присущих опьянению, наоборот, я почувствовал себя великолепно! Энергия переполняла меня, подталкивая действовать дальше, и я не мог этому противиться.

– О-о-о, душа-вкусняшка! – Я высосал еще одного духа и подбежал к следующему. Этот был похож на прекрасную девушку. – Дорогуша, ты не заскучала тут? Ты такая красотка, наверняка была славной девчушкой – пылкой и ревнивой, как раз в моем вкусе. Я бы с тобой закрутил роман, но сейчас у меня, к сожалению, другие планы. – И я выпил несчастную душу так же, как и предыдущую. – Ух… я даже слегка возбужден – хе-хе! – после такой закуски!

Внутренне я ужасался этому чужаку, захватившему мое «тело», но одновременно понимал, что это я сам и винить в творящемся кошмаре нужно только свою слабость. «Я стал демоном! – мелькнула мысль. – Превратился в адское создание, в пожирателя душ! Что же теперь будет со мной?» Пока я так отстраненно наблюдал за самим собой, мое «тело», или, лучше сказать, его энергетическая проекция, ходило от духа к духу и высасывало их. При этом оно становилось все больше, раздувалось от избытка энергии, как мыльный пузырь, а потом и вовсе начало сиять. Это сияние образовало вокруг меня энергетический кокон, в котором вскоре стали проскакивать электрические разряды и микромолниями впиваться в кожу. Они кололи и жгли меня со всех сторон, и везде, где прикасались, мои мышцы начинали бугриться и наливались объемом, росли. Челюсти вдруг пронзила ослепительная боль. Я прижал руки к лицу и с ужасом ощутил, что оно меняет форму – вытягивается в звериное рыло. Мелкие человеческие зубы посыпались вниз, выталкиваемые из десен саблевидными клыками, но не долетали до пола, превращаясь во вспышки энергии, и втягивались в жадное энергетическое тело.