Метро 2033. К свету - Дьяков Андрей - Страница 31

Завидев силуэт железного исполина, сталкеры прибавили шаг. Никто не кричал, не пытался проявлять радость, побоявшись спугнуть удачу. Взоры их были прикованы к хищным обводам военного крейсера, что горделиво возвышался на водной глади залива. Ноги сами несли путников к диковинной находке. Не выдержав, сталкеры вместе с братом Ишкарием перешли на бег. Они неслись вдоль кромки воды, позабыв про усталость.

Глеб рванулся было следом, но наставник придержал его за рукав:

– Куда намылился? Забыл, что я тебе втолковывал?

Отшельник подтянул АК-74 поближе, неотрывно наблюдая за прибрежной зоной. Вместе с учеником они не спеша двинулись по берегу, внимательно поглядывая по сторонам. Несмотря на окрики наставника, мальчик то и дело косился на приближавшуюся громаду корабля. Как назло, клочья тумана скрывали большую часть судна, мешая насладиться его великолепием и масштабами.

Радость сделанного открытия переполняла Глеба. Все тяготы и лишения опасной экспедиции стоили того, чтобы, наконец, увидеть его. Ковчег, что заберет их к «земле обетованной»… Мальчик шел рядом с наставником, думая о том, как здорово будет вот так же вдвоем пройтись по просторным проспектам безопасного города, вдыхать полной грудью кристально-чистый осенний воздух, позабыв о противогазах… Жаль, родители этого не видят. Им бы точно понравилось. Глеб улыбнулся собственным мыслям.

Сталкеры удалились на приличное расстояние. Теперь они молча стояли у воды, прямо напротив корабля, и отчего-то даже не пытались привлечь внимание экипажа. Кондор, замерев на месте, приник к биноклю.

По мере того, как Глеб с наставником приближались к остальным, взгляду открывались все новые детали картины. Заметен стал небольшой крен – крейсер стоял на мели. Борта его подобно проказе покрывали жирные кляксы ржавчины, а главное – в левом борту, ранее скрытом от взглядов, зияла внушительных размеров пробоина, сквозь которую в корабль, словно в гавань, монотонно накатывали пенные буруны волн. Вдоль всего борта скопилась колыхавшаяся черная масса водорослей, сгнивших бревен и темно-оранжевой пены. Судя по всему, крейсер оставался брошенным на отмели долгие годы. Еще один памятник ушедшей эпохе…

Когда-то человек понадеялся изменить мир к лучшему посредством разрушительного оружия – мир изменился. Правда, совсем не так, как хотелось бы человеку. Но он быстро забывает свои ошибки. Потому что самонадеянность постоянно толкает его к новым экспериментам. Такова уж наша природа – самые нелепые поступки мотивировать верой в лучшее, а не трезвым расчетом.

Путники продолжали тупо таращиться на судно. Конечно, в байки «Исхода» верилось с трудом, но каждый все равно в тайне надеялся на чудо. Теперь же злая реальность в очередной раз ткнула их носом в собственную самонадеянность.

– Ну что, брат, это что ли твой Ковчег? – Шаман покосился на сектанта.

Ишкарий медленно опустился на землю, сохраняя молчание. В глазах его стояло смятение и… Нет, разочарования там не было. Скорее непонимание, нежелание верить в происходящее. Вера сектанта оставалась такой же твердой и фанатичной, просто в глазах… В них сквозила усталость. Ишкарий тяжело вздохнул.

Глеб чувствовал себя немногим лучше сектанта. Когда надежда, в который раз поманив вкусным пряником, вдруг тает на глазах, смириться с очередным поражением тяжело. Особенно тяжело было теперь, когда мнимая цель находилась практически под носом. Протяни руку и… поймаешь пустоту. Видения чудесного города как-то сразу отдалились, уступив место унылому пейзажу пустынной полосы прибоя.

– Надо бы осмотреть… – Кондор подошел к проводнику.

– Вряд ли свет с корабля шел. – Отшельник сунул бойцу карту. – Смотри, тогда прямо на пути луча – Кронштадт. Нереально.

– Мы должны быть уверены. Надо осмотреть.

Было видно, что Кондор сомневается. Потери возрастали с каждым пройденным километром, и рисковать бойцами понапрасну не хотелось. Понаблюдав за мучениями сталкера, Отшельник принял решение:

– Я разведаю. Ждите здесь.

Не давая Кондору возможности возразить, Отшельник скинул рюкзак, оружие, разгрузочный жилет. Глянув на дозиметр, стянул противогаз, скинул защитный комбез, одежду. Глеб украдкой посматривал на наставника. Через всю спину сталкера тянулся уродливый шрам. На левой икре – следы челюстей неведомой твари. На предплечье целая впадина, стянутая зарубцевавшейся кожей – кусок мышцы был, видимо, вырван в одной из многочисленных стычек.

– Ты же не собираешься лезть в воду, сталкер? Лучше поищем, на чем добраться…

– Давненько я не купался. Лет двадцать, поди. – Отшельник покидал одежду в целлофановый пакет, прикрепив к поясу, и закинул за спину автомат. – Когда еще доведется…

– Профонит!

– Не успеет… – Прихватив нож, он вошел в воду.

– Псих… – пробурчал Кондор, снимая с плеча «Печенег».

Сталкеры напряженно следили за удалявшейся фигуркой. Делая неторопливые мощные гребки, проводник уже почти достиг пробитого борта и на фоне крейсера казался ничтожной блохой. Еще мгновение, и он исчез в чреве гиганта.

– Пронесло, похоже. Удачливый черт! – Кондор с облегчением опустил оружие.

Отшельник подтянулся на руках, выталкивая тело на железный пандус. Дрожа от холода, откупорил мешок, натянул на мокрое тело одежду. Быстрый взгляд на дозиметр – норма. На душе как-то сразу полегчало. Щелкнул фонарь, высвечивая ржавое нутро заполненного водой трюма. Нахлобучив респиратор, сталкер осмотрелся и двинулся вдоль переборки. Лестница впереди не внушала доверия, но других вариантов, похоже, не было. Осторожно поднявшись по прогнившим ступенькам, Отшельник попал в обширный зал машинного отделения. Атмосфера запустения оставила отпечаток на каждом предмете обстановки. Ржавые коробы механизмов, оранжевые лужи конденсата на металлическом полу, обвисшие провода в лохмотьях паутины – все это навевало тоску.

Довольно быстро сталкер отыскал выход на верхние палубы громадного корабля. Непродолжительная экскурсия по жилым каютам не принесла каких-либо результатов. Везде одна и та же картина. Складывалось впечатление, что экипаж покидал судно в спешке. Разбросанные повсюду вещи, сваленное в беспорядке, полуистлевшее белье, рамки с потускневшими фотографиями…

Короткий обыск капитанской каюты также закончился неудачей. Похоже на то, что все документы были намеренно уничтожены. Сталкер попытался пройти по лестнице, ведущей наверх, к командному мостику, однако люк заклинило намертво. Видимо, из-за бушевавшего тут когда-то пожара деформировался металл переборки. Пришлось выскочить наружу, на внешнюю палубу крейсера.

Порыв колкого ветра ударил в лицо. Поглядывая по сторонам, Отшельник прокрался по галерее внешних переходов и лестниц, достигнув, наконец, мостика судна. В поисках каких-либо зацепок переворошил все закутки и шкафчики, но не смог отыскать ничего, что могло бы дать хоть какие-то ответы – ни судового журнала, ни распечаток.

Посмотрев в иллюминатор, сталкер заметил птеродонта. Мутант сидел на бортике, окаймлявшем сигнальную платформу, и пристально наблюдал за передвижениями человека. Отшельник метнулся в тень, не выпуская хищника из поля зрения. Недовольный подобным соседством, птеродонт издал угрожающий вопль и развернул когтистые крылья.

– Ну, ну, приятель, придется тебе поискать другое место…

Отшельник вскинул «калаш», прицелился, дал несколько одиночных залпов. Пули высекли искры, срикошетив о решетку бортика. Мутант испуганно подскочил, раззявил длинный клюв, возмущенно заклекотал.