Метро 2033. К свету - Дьяков Андрей - Страница 19

– Бельгийца тебе мало, Гена? Не наигрался еще в войнушку? – Окрысился командир. – Живее, живее, девочки!

– В парк! – Рявкнул Отшельник.

Дым, не останавливаясь, на полном ходу врезался в кованые ворота. Створки, жалобно звякнув, распахнулись настежь. Одна из них, не устояв перед натиском мутанта, слетела с петель. Пролетев по верхнему парку, сталкеры обогнули руины дворца и спустились вдоль широких ступеней Большого каскада. Погони пока не было.

Внизу Глеб увидел статую – голый мускулистый человек врукопашную боролся с диковинной тварью.

– Это кто? – Не удержался от вопроса мальчик.

– Самсон.

– Он тоже сталкер?

– Еще какой! – Поддакнул Ксива. – Только «химзу» не носил. Принципиально.

Угрюмые бойцы не отреагировали на шутку. Слишком свежо еще было воспоминание о гибели товарища. Лишь брат Ишкарий, не удержавшись, глупо захихикал. Только смех его как-то быстро сошел на «нет», когда отряд приблизился к статуе. Иссохший бассейн, окружавший скульптуру, доверху был заполнен человеческими останками. Потемневшие от времени и пыли кости с налипшими на них обрывками истлевшей одежды… Жуткие оскалы черепов…

– Твою ж налево. Это как надо жизнь ненавидеть, чтоб такое вот… – Губы Шамана дрожали.

Мальчику доводилось видеть трупы. Однажды он даже видел человеческий скелет. Год назад один чудик с Московской, изрядно набравшись, уснул в сбойке недалеко от станции. Его нашли через пару дней. Вернее кости, начисто обглоданные крысами…

Но чтоб вот так… Что должно было произойти в сознании людей, в одночасье превратившихся в… Отшельник называл таких «выродками».

– Почему люди делали это? Почему убивали друг друга? – Мальчик обратился к подошедшему наставнику. – Неужели везде только смерть и разруха?

– На этот вопрос я тебе не отвечу, Глеб. И никто тебе не ответит.

– Но я должен знать! Я обязательно должен…

– Тогда найди ответ сам.

– Но где мне искать? Как? – Глеб взволнованно смотрел на наставника.

– Неважно как. Если решил что-то сделать – сделай первый шаг. И не бойся сделать следующий. Бойся бездействия. Наметь цель и выкинь из головы остальное.

Слова сталкера затронули в душе мальчика потаенные струны. Теперь он отчетливо осознал, чего желает больше всего. Он будет искать уцелевшую землю, пока у него будут силы.

– Спасибо… – Глеб смотрел Отшельнику прямо в глаза.

– За что? – Немного иронично спросил наставник.

– За то, что выбрали меня…

– Ты либо дурак, парень, либо действительно начал кое-что понимать. – Сталкер отвернулся от ученика, обращаясь к Кондору. – Опасно торчать здесь. Двигать надо.

Кондор кивнул.

– Ну чего встали, бойцы! У вас свои черепушки есть! Тронулись!

И снова марш-бросок. Следуя за проводником, отряд уходил все дальше и дальше, пробиваясь через прибрежные джунгли и обходя очаги радиации.

– Это Нижняя дорога. – Отшельник на ходу показывал Кондору карту. – Дальше мимо очистных проскочим, и на Ораниенбаумское шоссе. Вот здесь к берегу свернем. А там – всего метров пятьсот до «Раската».

Глеб услышал еще одно незнакомое слово и мысленно сделал себе пометку. Судя по всему, сегодняшний переход подходил к концу. Подумав о привале, Глеб вдруг осознал, как вымотался за день. Мальчик бежал, желая только одного – чтоб никто больше не встал у них на пути.

Природа внешнего мира, похоже, решила дать незваным гостям передышку. Отряд беспрепятственно проскочил по намеченному маршруту. Из-за крон корявых деревьев показалась макушка высокой железной башни. Чем ближе путники подходили к берегу Финского залива, тем массивней и внушительнее становился красно-серый железный столп загадочной конструкции. В верхней части вышка расширялась. Цилиндрическое утолщение по всему периметру опоясывали обзорные окна. У основания башни на железе стены отчетливо выделялись глубокие параллельные борозды – автограф неведомого хищника.

– Что за вышка? – спросил Окунь проводника.

– «Раскат». Центр управления движением судов. Если где и сохранилось радиолокационное оборудование, то только там. Стоит попробовать прощупать эфир.

– Ты хочешь сказать…

– Я хочу сказать, – Отшельник кинул быстрый взгляд на Глеба, – что, возможно, уже сейчас удастся получить некоторые ответы.

ГЛАВА 8

Надежда – странное чувство. Эдакий антипод здравого смысла. Порой она является неким стимулом, источником дополнительных сил, а иногда просто мешает трезво взглянуть на суть вещей. Мы пользуемся ей, чтобы оправдать необдуманные поступки, и гоним прочь, когда она может стать решающим аргументом в принятии серьезного решения. Можно здраво оценить призрачные шансы определенного события, но не переставать надеяться. А можно, к примеру, потерять надежду на что-либо, сдаться, но лишь для того, чтобы мгновением спустя это самое «что-либо» обрести. Почему мы надеемся? И почему для одних потеря надежды приводит к отчаянию, а для других это всего лишь путь к прозрению? Влияет ли сила нашей надежды на вероятность того, что эта самая надежда оправдается? Слишком много вопросов. Слишком обширен предмет спора. Одно можно сказать точно: надежда – странное чувство.

Глеб шел вслед за наставником, прочесывая двухэтажное здание рядом с вышкой, и гадал, стоит ли надеяться, что в эфире они поймают сигналы засевших в Кронштадте незнакомцев? И что заставляет «Исход» так слепо верить и надеяться на помощь мифического уцелевшего города? А на что, к примеру, надеялся Приморский альянс, посылая их в такую опасную экспедицию? Мысли и вопросы бешено метались в неокрепшем сознании, не готовом к подобным умственным экзерцизам.

Из соседнего помещения донесся грохот мебели и сдавленная ругань Ксивы.

– Ничего интересного! Здесь тоже пусто! По нулям! – Отчитались бойцы с разных концов постройки.

В итоге все сгрудились в нависшем на уровне второго этажа переходе, соединяющем здание с вышкой. Коридор упирался в железную дверь с неприметной замочной скважиной посередине.

– Мысли есть? – Поинтересовался Кондор.

– Да чего там витийствовать… – Геннадий, крякнув, с размаху двинул по двери ногой в гигантском кирзовом сапоге.

Гулкое «бам-м-м» прокатилось по переходу. Конструкция достойно выдержала удар.

– Не суетись, Дым. Сейчас с замочком поковыряемся и…

Мутант не дослушал. Обиженно покосившись на дверь, отошел назад, коротко разбежался и, выставив вперед плечо, врезался в железную створку всей своей двухсоткилограммовой массой. Не выдержав подобного надругательства, конструкция обвалилась внутрь вместе с квадратной дверной рамой. В воздухе заклубилась белесая пыль. Обнажились рваные куски бетонированной стены.

– Ну ты бы поаккуратнее, эстет недоделанный… – Кондор перешагнул через тушу рухнувшего гиганта и заглянул вверх, в колодец шахтного ствола. – Фарид, кошку доставай. Альпинизмом займемся.

Глеб с интересом заглянул внутрь башни. Если ранее здесь и была какая-то лестница, то теперь основание конструкции было сплошь завалено глыбами бетона с торчащей в разные стороны ржавой арматурой. Создавалось впечатление, что кто-то приложил немало сил и старания, дабы исключить любую возможность добраться до верхних помещений вышки.