Книга на третье - Бормор Петр - Страница 27

— Давайте, девушки, скорее, — торопит мельник. — Не задерживайте делового человека.

— Ты должна его полюбить искренней, чистой любовью, — без особой надежды в голосе говорит Ведьма.

— Здесь и сейчас, — хихикает мельник.

— А он может помолчать?

— Ты давай, работай! — огрызается мельник. — Нечего придираться!

— Вы мне усложняете задачу, — сквозь зубы цедит Принцесса.

— «Ты», «ты»! — дергивает её Ведьма.

— ТЫ! Сам! Мне мешаешь!

— А ты не оправдывайся! — парирует мельник. — Мне, может, тоже твоё обличие неприятно, я, может, люблю дам в теле. Чтобы вот тут и вот тут было вот так (рисует в воздухе арбузные округлости). А вот придешь ты ко мне на мельницу — всё равно обслужу по первому разряду, перемелю что там тебе надо, даже если плевать хочется, потому что работа такая. Вот и ты давай, работай, как положено. Развела тут, понимаешь, сантименты…

— Ты! — очень спокойным, жутким голосом просит принцесса. — Заткнись. Я работаю.

— Вот и работай, — бурчит мельник. — И только попробуй сказать, что ничего не получается! У меня письмо от бургомистра!

Принцесса косится на Ведьму.

— Может, полную анестези?..

— Нельзя, — вздыхает Ведьма. — Он должен быть в сознании.

Принцесса снова зажмуривается и начинает медленно раскачиваться, повторяя как заклинание: «он человек… он тоже человек… в нём есть что-нибудь хорошее… его тоже может полюбить… какая-нибудь идиотка…»

Мельник с громким чмоканьем вытаскивает леденец, облизывает его и мечтательно жмурится.

— Вот вернусь домой, поймаю эту рыжую мерзавку и ка-ак отстегаю ремнём! Нет, сначала раздену догола и привяжу возле выгребной ямы, где мухи. А потом отстегаю! Чтобы на мясо садились. Да, так и сделаю.

Суёт леденец в рот, обсасывает и снова вытаскивает.

— Нет, сперва трахну. Или лучше потом? А, вот! Сперва трахну, потом отлуплю, а вечером опять трахну. Чтоб знала!

Суёт леденец за щеку и договаривает невнятно:

— Взяли, тоже, моду… на честных людей порчу наводить!

Принцесса страдальчески глядит на Ведьму.

— Нельзя… — вздыхает Ведьма.

— Дай мне еще порцию, — просит Принцесса.

— С ума сошла? Это же вредно! Ты уже четыре выпила!

— Еще одну, — жалобно просит Принцесса. — Я не справляюсь. Сама видишь, случай исключительный.

Ведьма с покорным вздохом достает бутылочку приворотного зелья, капает в ложку десять капель и даёт Принцессе.

— На. Если и это не поможет…

— Что значит «не поможет»?! — возмущается мельник. — Вы обязаны! У меня письмо от бургомистра! Сговорились, да? Вы, бабы, всегда заодно; одна заколдовала, а другая помогать не хочет! Знаю я вас!

Принцесса зажимает уши.

— Это хорошо, это правильно, — Ведьма гладит её по голове, — посиди так, пока лекарство подействует. А ты иди сюда!

Мельник не трогается с места, закидывает ногу на ногу.

— А ты, ведьма, можешь обращаться ко мне на «Вы».

— Могу. Но не хочу. Я сказала, иди сюда!

— Тебе надо — сама подойдешь.

— Нет, — ласково улыбается Ведьма. — Это ТЕБЕ надо.

Мельник, немного поразмыслив, с недовольным ворчанием встает и подходит к Ведьме.

— Ближе. Наклонись.

Ведьма шепчет что-то мельнику на ухо, мельник покрывается нервными красными пятнами.

— Угрожать?! Мне?!

— Я не угрожаю, я предостерегаю, — обольстительно улыбается Ведьма.

— Есть! — тихо вскрикивает Принцесса, вскакивает на ноги и порывисто целует мельника в липкие губы. Мельник отшатывается. Принцесса стоит, раскачиваясь как пьяная.

— Я же говорила, пятая порция будет лишней, — сердито шепчет ей Ведьма.

— Я… всё в порядке… мне… нехорошо…

Принцесса зажимает рот и убегает за боковую дверь.

Мельник развязывает пояс и заглядывает за край штанов. Долго придирчиво изучает, снова перепоясывается.

— Ну, вроде всё как было… Сколько с меня?

Ведьма снова шепчет на ухо.

— Чегоо?!

— Тяжелый случай, — пожимает плечами ведьма, — с осложнениями. Можете проверить по прейскуранту.

— Да пошла ты!

Мельник швыряет на стол кошелек.

— Здесь даже больше, чем вам полагается, если по справедливости. Три часа промурыжили, один раз чмконули, это еще вы мне доплатить должны! Совсем охамели бабы… Ничего, и на вас управу найду! Я бургомистру пожалуюсь!

— Последний на сегодня!

Ведьма открывает дверь и впускает последнего посетителя. Это довольно-таки уродливое мохнатое чудовище.

— Ну, здравствуй, — говорит Принцесса.

— И ты здравствуй, — отвечает чудовище. — Узнала?

— Узнала.

— Так вы знакомы? — Ведьма с радостным удивлением переводит взгляд с Принцессы на чудовище и обратно.

— Знакомы, — медленно кивает Принцесса.

— А-га… — Ведьма задумчиво кусает большой палец. — Ну, так я ставлю диагноз?

— Да, пожалуйста, — чудовище привычно подходит к койке и ложится на свежую бумагу. Ведьма делает пассы руками и восхищенно присвистывает.

— Вот это класс! Десятый уровень, не меньше!

— Вообще-то, двенадцатый, — уточняет чудовище. — Вот справка.

Ведьма читает справку, поворачивается к Принцессе и разводит руками.

— Ничего не могу поделать. Поцелуй искренней и верной любви, иначе никак.

— Сволочь! — выкрикивает Принцесса, целует чудовище, с размаху влепляет ему пощёчину и выбегает вон.

Прекрасный Принц спускает ноги с койки и философски пожимает плечами.

— Да, — задумчиво произносит Ведьма. — А вы действительно знакомы.

— С детства, — отвечает Принц.

— Поцелуй искренней любви, вот так, без подготовки… первый раз вижу.

— Конечно. В прошлом году здесь была другая ведьма, такая чернявенькая.

— Ага, я здесь работаю всего восемь месяцев.

Ведьма возвращает Принцу справку и выписывает еще какие-то бумажки. Принц расплачивается.

— Проклятия двенадцатого уровня дорого стоят, — небрежно замечает Ведьма.

— Всё, что заработал за год, — соглашается Принц. — Зато нашел настоящего специалиста, с гарантией. Заграничного.

Натягивает кольчужные перчатки, поправляет на поясе меч.

— Ну, мне пора, долг зовёт. Гонять орков, упокаивать неупокоенных… пока рука тверда и глаз остёр. Буду копить на новое заклинание.

— Так и живёте? Один поцелуй в год?

— Иногда реже, — вздыхает Принц. — Так и живём.

— Что-то ты, Иванушка, быстро обернулся! — сказал царь. — Я ведь тебя аж в Тридевятое царство посылал!

— А я как раз оттуда. Исполнил, стало быть, поручение, достал Жар-Птицу. Вот, сами гляньте.

Иванушка полез за пазуху, вынул пергамент и протянул царю.

«Подтверждаю: этот Иван-дурак меня достал! Жар-Птица.

(Прим. И меня тоже! Конь-Златогривый).»

— И долго мы будем брести по этому болоту? — раздраженно спросила Принцесса. — Я устала!

— Еще пятьдесят миль, — ответил Полуэльф.

— А сколько мы уже прошли?

— Столько же. Хочешь вернуться?

Принцесса надула губы.

— Что я хочу — это горячую ванну! И чистую постель!

— Ничем не могу помочь, — сухо отозвался Полуэльф.

Принцесса всхлипнула.

— Я устала!

— Все устали, — проворчал Гном. — И некоторым, кстати, приходится хуже, чем тебе.

Принцесса скосила глаза на макушку Гнома. Там, где ей было по пояс, Гному приходилось подвязывать бороду.

— Нет, — возразила Принцесса. — Мне не лучше! У меня даже сапог нет!

— У меня тоже, — пробормотал себе под нос Халфлинг. — Но я не ною.

— Потому что сидишь у меня на плечах, — откликнулся Варвар.

— А кто тебе виноват? — безжалостно одернул Принцессу Полуэльф. — Ты сама выбирала эту одежду.

— Это не одежда! Это униформа!

Принцесса оглядела себя и сердито фыркнула.

— И она мне идёт!