Книга на третье - Бормор Петр - Страница 19

— Ты здесь ни при чем, — человек тщетно попытался высвободить руку. — У меня своя голова на плечах должна быть, нечего сваливать свою вину на других. Я съел, я один и виноват.

— Может, правда, останешься? — спросил демиург женщину. — Я тебе другого мужа слеплю, или, хочешь, даже двух. У меня грязи много.

— А мне другого не надо! — дерзко ответила женщина. — По мне, и этот хорош. И я пойду за ним, потому что люблю его, дурака такого.

Демиург вздохнул и повернулся к Змею.

— Ну, а ты что скажешь, коварный искуситель?

— Он ни в чем не виноват! — быстро сказала женщина. — Он только выполнял свою работу.

— Действительно, — подхватил мужчина. — Оставь его в покое, пусть остается здесь.

Змей всхлипнул и упал на колени.

— Создатель! — провыл он. — Оторви мне ноги! Я же не думал, что они так… что они такие… я же… да я за ними на брюхе поползу!

Демиург устало потер лоб ладонью.

— Ну что с вами будешь делать! Значит, ты твердо вознамерился уйти отсюда?

— Да, — сурово кивнул человек.

— А ты пойдешь за ним?

— Да! — женщина еще крепче вцепилась в мужа.

— А ты?..

— И я за ними!

Демиург оглянулся по сторонам. Сквозь кусты повсюду поблескивали глаза диких зверей, и все выражали глубокую преданность человеку и немедленную готовность тронуться в путь.

— Ну что ж, — протянул демиург. — Идите, раз такое дело.

— А ты? — вдруг спохватился человек. — Если все уйдут, тебе не будет тут одиноко?

— Не волнуйся, — улыбнулся демиург. — Я с вами, дети мои. Куда бы вы ни пошли.

СКАЗКИ ПРО ДРАКОНОВ

Стоял некогда у полноводной реки город. Не очень крупный. Скорее даже, городок. И вот однажды пришел туда дракон. Тоже не очень крупный. В самый раз.

Три головы, огнем пышет, когти по полметра каждый, крылья с перепонками — все, как у нормального дракона. Только он при этом очень добрый. Бракованный, наверно.

Ну, тихо-мирно попросил у жителей города разрешения поселиться где-нибудь тут, поблизости. Жители смотрят — скотинка смирная, не кусается, почему бы и нет? Живи, говорят, на здоровье.

И стал дракон жить рядом с городом.

А поскольку был он очень добрый, то из чувства признательности (переполнявшего его сверх всякой меры) предложил городским властям сделку. Он, дракон, обязуется носить в город воду. За просто так. Что ему, трудно, что ли — бочка же легкая, а он сильный. И река под боком. Горожане согласились. Почему бы и нет, если дракону не трудно.

Так дракон стал водоносом. Каждую ночь (чтобы не мешать движению на улицах) он бегом спускался к реке, наполнял бочку водой и тащил ее в город. А там наполнял бочки и бочонки спящих граждан.

Но при этом у него оставалась куча свободного времени. Такой уж он был, расторопный.

Ну и стал по ходу дела разные другие неполадки исправлять. Там крылечко поправит, там стену покрасит. А то и крышу перестелет заново — да так быстро и ловко, что хозяева даже не проснутся от шума.

Со временем все к такому порядку привыкли. И даже сами стали подсовывать дракону новую работу. Сапожник начал оставлять у порога недоделанные сапоги, портной — выкройки, прачки — грязное белье. И дракон, не задумываясь, все это чинил, чистил, штопал, стирал — и ничуть не хуже профессионала.

Вскоре никто уже и не представлял, что может быть иначе. Нужен кому-нибудь, например, новый шкаф — оставит у дверей записочку. А ночью пробежит мимо дракон, прочтет, сбегает на лесопилку, добудет досок, подгонит, ошкурит, лаком покроет — глядишь, на следующее утро шкаф готов.

Что и говорить — хорошо иметь три головы, столько дел можно делать одновременно! Кстати, и лап вполне хватает — забыл сказать, у этого дракона их было не меньше дюжины. Редкий случай, но и такое бывает.

И вот, жители города совсем обленились.

Уровень жизни поднялся неимоверно, все стали сытые, довольные, начали страдать ожирением. Рождаемость упала. Потихоньку заглохло искусство, а за ним — и наука. Скучно стало. И город начал постепенно умирать.

Дракон всполошился. Всего-то еще каких-нибудь триста лет — и совсем никого не останется, не город будет, а деревня! А что делать? Перестать помогать жителям? Так ведь они сами ничего не умеют, пропадут без него совсем. Оставить все как есть? Тоже нельзя.

Три головы — оно, конечно, хорошо, если головы умные. А если нет — проблема! Ничего не смог дракон придумать.

… И тут пришел русский богатырь Иван и разрешил все проблемы.

Жил-был Дракон. Наверно, один из последних. Когда-то, в детстве, у него были папа и мама, дяди, тети и младшая сестренка, но однажды пришел Рыцарь в сверкающих доспехах и всех их истребил. Непонятно, каким чудом выжил тогда маленький дракончик. Но с тех пор единственной целью его жизни стало отомстить. За папу, за маму, за всех своих родственников. Беда была в том, что на всем белом свете уже не осталось Рыцарей. С исчезновением драконов в них отпала всякая нужда, и они превратились в мирных фермеров, лавочников и мастеровых. Напрасно Дракон распускал слухи о своих несметных сокровищах, о томящихся в заточении девицах — к его логову в поисках наживы приходили только младшие дворянские сынки или вовсе сиволапые мужики с дрекольем. Они не давали Дракону голодать, но Рыцарей среди них не было. Однако Дракон не терял надежды, что когда-нибудь… возможно… хоть один… Эх, только бы им встретиться! Уж он воздаст Рыцарю за все, что сделало рыцарство с драконами с самого начала времен! И если суждено будет Дракону пасть в этой схватке, ничего ему больше не надо, как только умереть, сжав зубы на горле ненавистного противника!

Жил-был Рыцарь. Отец его, прославленный истребитель драконов, умер, оставив сыну богатое поместье и солидный доход. Но Рыцарю дороже всего были древние сверкающие латы отца и его двуручный меч. Бросив и дом, и уют, скитался юный Рыцарь по разным странам, отыскивая и убивая чудовищ. Легко было его отцу стяжать себе славу, когда округа была наводнена драконами. А нынче, когда все они исчезли, что осталось на долю его сыну? Только пошлые упыри да волколаки. Кто станет воспевать героя, который не поднимал меч на кого-то страшнее гарпии? А Рыцарь мечтал о славе. Он мечтал о настоящей битве, баллады о которой будут петься через века. О битве с Драконом. Но куда бы он ни приходил, кого бы ни спрашивал, нигде свирепые чудовища не терроризировали народ, не похищали принцесс, не воровали скот, да и вообще никто не знал, где такие водятся да и остались ли они еще. Но Рыцарь был упрям и не сдавался. Он свято верил, что где-нибудь… когда-нибудь… пусть хоть одного… но он встретит настоящего Дракона и вот тогда сразится с ним! И пусть он при этом погибнет. Но перед смертью он непременно успеет вонзить отцовский меч в черное сердце чудовища!

.. Они жили долго и счастливо и умерли в один день…

— Ваша честь! — произнес адвокат. — Здесь много было высказано возмутительных, необоснованных обвинений в адрес моего подзащитного. Его называли и жестоким, и кровожадным, и безжалостным. Но обращал ли кто-нибудь внимание на тот очевидный факт, что подзащитный — вегетарианец? Посмотрите на эти зубы!

Дракон, сидящий на скамье подсудимых, широко распахнул пасть, демонстрируя два ряда широких плоских зубов.

— Эти челюсти не приспособлены для пережёвывания плоти! Дракон употребляет только растительную пищу. То же самое говорит и анализ содержимого его кишечника, мы дали подсудимому слабительное. А вот это — рентгеновский снимок желудка, обратите внимание на дополнительные камеры; этот пищеварительный аппарат мало отличается от аналогичного у коровы. Другими словами, дракон никогда и не смог бы сожрать ни одной принцессы, да и на стада ему нападать совершенно незачем.