Нульт: 01: Тень Победы - Аникин Константин Игоревич - Страница 5

  Даже спустя столько времени, Зиро помнил тот день до мельчайших подробностей. После школы, он пришел к отцовскому институту, попросил скучающего солдатика на проходной, вызвать отца. Солдатик что-то сказал по вертушке, вышел папа, ступая, как всегда, широко и уверенно. В руках его была брезентовая сумка. Он подмигнул сыну и сказал, — 'Паек маме отнеси. Я сегодня задержусь '. Спросил что-то дежурное про школу, потрепал по голове и пошел обратно.

  Зиро летел, как на крыльях. Сердце норовило выскочить из груди. Ура! Пацаны сдохнут от зависти. Как же, теперь Светоч есть только у него. Один-единственный, последний-распоследний. Скорей бы вечер! Он уже успел забыть, каково это, держать космос в своих руках. Ха-ха, да он теперь абсолютный властелин неба! Зиро успел отбежать довольно далеко, когда за спиной грохнуло и он, действительно, полетел. Взрывная волна подняла его в воздух и с размаху впечатала в какой-то старый сарай, так, что он протаранил лбом деревянную стену. (До сих пор голова иногда побаливала.) Он потерял сознание. Очнулся он ночью, в госпитале, и первое, что увидел, белое, как мел, лицо матери. Зиро передернуло. Оно до сих пор стоит перед глазами. Самое страшное, что он видел в жизни.

  Тогда мало кто в Воркуйске-8 жил долго. Смерть постоянно висела над городом, как отравленное радиацией пылевое облако, все они жили с предчувствием близкой гибели. Говорили, они ковали лазерный щит Родины. А может, конструировали спутники. Или логику для ракет. Кто знает? Отец никогда не рассказывал о своей работе. В Воркуйске-8 никто никогда не говорил о своей работе. Можно было говорить о чем угодно, только не об этом. За теми, кто много говорил, ночью приезжали суровые люди в черных автомобилях. Известно было только то, что там никто не выжил. Включая того солдатика на проходной. Взрыв разрушил здание до основания.

  Что его убило? Что они испытывали в тот день? Разве это важно теперь? Кто теперь сможет сказать, что важно, а что нет? — думал разом повзрослевший Зиро на похоронах отца. В тот день даже лягушки заткнулись. Взвод солдат выстрелил в небо. Как будто оно было в чем-то виновато.

  Хоронили они какой-то опечатанный свинцовый контейнер.

  - Эй! Ты где?! — Друг-Пипетка тряс Зиро за плечо.

  - А?

  - Я говорю, в 'Кластер' поедем?

   — Ага. Поехали. Отожжем слегка.

  - Во! — Довольно кивнул Пип. — Это я понимаю. А то насупился, понимаешь, как выпь. Лягушки дохнут.

  Зиро стало легче. Зачем мне эти мрачные мысли, думал он. Какой от них толк? Жизнь продолжается. И не самая хреновая жизнь. Болотная хмарь расселась — они въезжали в город. Промчались мимо поста, охранявшего дорогу на антенный остров; патрульный лениво махнул им жезлом, мол, давайте, проезжайте, не останавливайтесь. Пип вырулил на трехуровневую развязку и развернулся в сторону промышленного сектора города. Над ними, с характерным свистом, пролетел скоростной монорельс на магнитной подушке. Пип гнал по сверкающим неоном улицам ночного города, на которых в честь наступавших выходных было полно народа. Эх, пап, если бы ты видел, во что превратился в наш городок, подумал Зиро. Ты бы очень удивился.

002: Битый Кластер

  - Слыхал, Припоя стерли? — Cпросил Корень.

  Зиро сидел у стойки бара и смотрел, как Корень ловко жонглирует шейкером. Корень выглядел как животное, рожденное убивать — центнер мускулов в агрессивных татуировках, черная кожа, бритый череп и рыжая бородища, в ушах с полкило железа. Но внешнее впечатление часто обманчиво — на самом деле Корень был добродушный увалень, обожающий потрепаться. Вся эта его внешняя агрессивность наследие прошлого — в молодости Корень был байкером, гонял с Болотными Гадюками, но потом серьезно расшибся и завязал. Теперь он мешал коктейли в Битом Кластере и, попутно, распускал слухи, которые притягивал к себе, как статика пыль.

  - С резервной копией? — Отозвался Зиро.

  - Без.

  Зиро знал Припоя. Он был один из тех, кто перепаял ему американский военный интерфейс. Хороший специалист по железу, о таких говорили — родился с паяльником в руках. Плотненький такой, позитивный. Припоем его прозвали потому, что он постоянно что-то напевал. Зиро на секундочку приложил очки к глазам и быстро проверил официальные ресурсы. Да, ты смотри, действительно стерт. На главной странице сайта Инфокома висела ссылка на приговор о принудительном переводе Припоя в Нижний Регистр. Припою инкриминировали информационное браконьерство, а также попытку передачи образцов плёнки третьей стороне. Браконьерство это фигня, но за плёночку могли серьезно спросить. Так что Припой еще легко отделался. Если, конечно, все это правда — трудно было представить безобидного Припоя в чем-то противозаконном.

   — И что Припой?

   — Что, что… Расстроен, конечно. Нажрался в тину, залез на стойку и орал: за всеми вами придет Дэдлайн!

  Зиро хмыкнул.

  - Дэдлайн? Страсти какие.

  - Столик своротил, — продолжал Корень. — Посуды наколотил, зараза, проклял всех по разу. Потом его увели.

  Зиро пожал плечами. Зачем так нервничать?

  Особой драмы в деле Припоя Зиро не видел. Нижний Регистр Припоя был не строгий. Вот строгий, это да, серьезно, тогда запрещалось выходить в Сеть и хранить информацию. А так Припой всего лишь потерял все привилегии Верхнего Регистра в виде жирного сетевого канала, вычислительных госмощностей и счетов в датабанках. Но, меж тем, в Нижнем были свои плюсы — налоги, например, были значительно ниже. И вообще, меньше всякого геморроя — Пип, вон, добровольно перевелся в Нижний. Конечно, не будучи в Верхнем трудно сделать нормальные деньги на инфе — но мало ли существует способов делать деньги? В Верхнем Регистре было примерно столько же лузеров, сколько в Нижнем успешных перцев. Так что зря Припой нагнетал.

  - Вообще, что парни говорят… — Корень понизил голос и слегка наклонился к Зиро. Мол, только тебе, по старой дружбе. Насколько Зиро знал, Корень дружил со всем Воркуйском. — Дело не Припое. Дело в Железном Феликсе.

  Зиро знал и Железного Феликса. Этого старого хрыча все знали. Бывший полковник КГБ, в советское время пас тут яйцеголовых, а после научной революции быстро сориентировался и занялся бизнесом — теперь он был одним из самых крупных торговцев компьютерным железом в Воркуйске, и был чудовищно богат. Припой работал на него.

  - Железный Феликс пытается идти в ногу со временем. Расширять бизнес. Открыл несколько медиаферм, рендерит теперь всякий левый пиар на заказ. Переманил к себе кучу народу и….

  - Я в курсе, — прервал его Зиро. — При чем тут Припой?

  - Ну, говорят, Феликс пытался перехватить у Инфокома кремлевский заказ на победный пиар. По случаю Дня Победы.

  - Не хило. Вот так, сразу на госзаказ замахнулся?

  - Ну. Прикинь?

  - Москва на пиар не скупится — продолжал Корень. — По слухам, цена вопроса… Корень нарисовал в воздухе длинную вереницу нулей.

  - Нормально.

  - Вот! Железный Феликс как пронюхал про это, совсем покой потерял. Стал что-то мутить, цены сбивать. Говорят, сулил колоссальные откаты. Но хрен там, конечно, ничего он не получил. Но в Игле это ему припомнили. Троих парней Феликса стерли. Включая Припоя.

  Зиро покачал головой. Жадность Железного Феликса не знала границ. Вошла в поговорки.

  Корень сформулировал вывод:

   — Так что Припою ни за что отлетело.

  И мораль:

  - Вот так хорошие парни страдают из-за всяких пидорасов.

  - Ужасно, — сказал Зиро. — Однако никто Припоя не заставлял работать на этого пидораса.

  - Твоя правда, — согласился Корень и отработанным движением запустил готовый коктейль по стойке. Стакан подхватил какой-то (судя по баджику на лацкане пиджака) инфокомовский клерк. Вид у него был такой усталый, будто он трое суток к ряду разгружал вагоны с песком. Перед ним уже стояла целая батарея пустых стаканов, а над головой висела световая иконка 'не беспокоить'. Видимо, он намеривался молча утопить производственный стресс в спирте.