По секрету с того света - Андреева Валентина Алексеевна - Страница 6

– Выходи, сволочь, стрелять буду!!!

– О, – слабо вякнула я, – опять сменил дислокацию и в четвертый раз помер…

На мои слова никто не обратил внимания, кроме Наташки.

В это время в туалете щелкнула задвижка, дверь открылась, и я увидела растерянное и жалкое лицо своего мужа.

Остальное, кроме нескольких моментов, я помню смутно. Первый – когда уводили в наручниках моего мужа, второй – когда «повязали» трех (значит, все-таки не два в одном) представителей фирмы «Атмосфера». Как нельзя вовремя, они пришли обсудить смету ремонтных работ и материалов. Совсем слабо запомнилось присутствие очередных понятых, очевидно, соседей. Две средних лет женщины в одинаковых домашних тапочках.

Представители правоохранительных органов долго пытались получить от меня вразумительные показания. Я упорно твердила, что вся эта история – проделка знакомого мне покойника, у которого мы с мужем купили квартиру. Нахал украл из чемодана мой плед. Из-за этого пледа мне завидовали все знакомые. Мой муж просто хотел его вернуть в чемодан. Кажется, я плакала злыми слезами: мне не верили. Наталья вовремя сориентировалась и попросила ребяток связаться со следователем Листратовым.

Домой мы с Натальей ехали на такси и молчали. Мне хотелось скорее добраться до дивана, выпить снотворного и долго не просыпаться. Главное, не думать о том, что случилось… Главное, не думать. Снотворного у меня не оказалось. Наталья накапала лошадиную дозу корвалола, но выпить не дала, заявив: – Если мы сейчас не расставим все предположительно на свои места, завтра тебе будет обеспечена бесплатная койка и разносторонне-недоразвитый коллектив в психушке. А я тем временем сойду с ума от горя. И, считай, место нашей встречи изменить нельзя.

Видя, что я никак не реагирую на ее слова, она швырнула стакан на плиточный пол.

– Прекрати распускать нюни!!! Дура, тебе мужа надо спасать!!! Отца твоих детей, между прочим. Шок у нее, видите ли. Это у него должен быть шок, загремел мужик ни за что. – И вдруг заревела.

Неожиданно для себя я составила ей компанию. Кажется, я выплакала все невыплаканные до этого слезы. Стало легче. Мы дружно собрали с пола стекла: я – руками, Наталья веником, выпили по рюмке коньяка, который она умыкнула у мужа, закусили пряником и окончательно успокоились.

– Почему все-таки Димка признался в убийстве? – задумчиво произнесла подруга.

– А что, там было убийство? – удивилась я

Наталья недоуменно посмотрела на меня.

– А, ну да, ты же невменяемая сидела, только из стороны в сторону качалась. Спасибо соседке – стул дала, а то ты прямо на полу бы устроилась. Убийство, кстати, было не там, а в другом месте. Это я поняла из слов врача-эксперта. А вот твоего незваного гостя, получается, Димка отволок из своей однокомнатной к тебе в двухкомнатную. Наверное, вместо мебели. Хотел хоть чем-то заполнить пустое пространство. А может быть, посчитал, что ему от тебя ничего не надо. У него были ключи?

Я отрицательно покачала головой и тут вспомнила о пропавших вчера ключах. – Наверное, дубликат сделал. От однокомнатной у него ключи были, его ведь квартира.

– Так, с этим разобрались. Только все равно не понятно, зачем было Димке убивать этого зомби?

При этих словах я рывком вскочила с места, дрожащими руками вытащила из записной книжки листок с телефоном следователя, набрала номер и буквально сразу же услышала:

– Листратов, слушаю вас. Алло, алло, слушаю вас, говорите.

– Виктор Васильевич, – завопила я в трубку, – это я, Ефимова.

– Я как-то догадался, – вздохнул он. – Если вы по поводу сегодняшних событий и ареста вашего мужа, то я уже все знаю. Возбуждено уголовное дело. Сейчас решается вопрос о подведомственности. Будут вопросы, вас вызовут. Больше пока ничего не могу сказать.

– Виктор Васильевич, миленький, он не мог убить, он вообще никого не может убить, даже меня.

– Ирина Александровна, вы думайте, пожалуйста, прежде чем что-то сказать. При чем тут вы? Он что, угрожал вам?

В это время я получила ложкой по лбу и увидела разъяренную Наташку, с ожесточением крутившую указательным пальцем у своего виска.

– Нет, – недоуменно протянула я, – не угрожал. С чего вы взяли? Он по натуре очень добрый человек…

– Ну и замечательно. Разберемся. – Следователь повесил трубку.

– Пока они разберутся, Димка поседеет, – заявила подслушивавшая Наташка.

Я буквально взвыла. Наталья права. Ну кому какое дело до душевных качеств моего мужа? Уж тюрьма-то по нему никогда не плакала, даже когда он был зол. Кто или что заставило его признаться в том, чего он не совершал? Не совершал просто потому, что не способен на убийство.

– Нет, я сама разберусь, – произнесла я вслух.

– Сбрендила? Не вздумай никуда влезать. Давай обратимся к частным детективам. Хотя… не потянем, там нужны очень большие деньги. Слушай, мы что-нибудь придумаем.

Но я почти не слушала. Перед глазами стояло родное несчастное лицо моего мужа.

– Сказала – разберусь сама!

– Обижаешь… Тогда уж не сама, а сами.

Раздался телефонный звонок. Наталья схватила трубку первой. Ее сосредоточенное лицо через секунду разгладилось.

– Конечно, Анастасия Ивановна, узнала… Да, пока здесь… Разбираемся потихоньку… Да нормально все…

Далее Наталья только слушала и давилась от хохота. Лицо ее покраснело от сдерживаемого смеха. К концу разговора она немного пришла в себя, но все еще каким-то не своим голосом сказала:

– Нет, нет, врачи говорят абсолютно правильно, не волнуйтесь, заживет как на собаке. Конечно, когда приеду, зайду. Звоните, звоните. И вам тоже… И ему тоже… До свидания. – Наташка повернула ко мне свою веселую физиономию и радостно заявила: – Ирка, жизнь продолжается!

– Да, – с тоской сказала я, – только мне она сделала рекламную паузу и, похоже, надолго.

– Ничего, а мы ей тоже… козью морду. Тебе привет от Анастаса Ивановича.

Анастас Иванович, моя бывшая соседка по старой квартире, дама гренадерского роста – метр девяносто. Лицом, комплекцией и характером – клонированный двойник домомучительницы фрекен Бок из знаменитой детской сказки «Малыш и Карлсон, который живет на крыше». Правда, в отличие от фрекен Бок, Анастас Иванович с истинно мужской грацией курит папиросы. Вообще-то она Анастасия Ивановна, а свое второе имя негласно получила еще лет сорок назад в период совершенствования книжного, впрочем, как и продовольственно-вещевого, дефицита. Тогда фрекен Бок еще не была хорошо знакома советским читателям. Как это очень часто бывает, по иронии судьбы у Анастас Ивановича маленький, метр с кепкой, и худенький муж. Степан Иванович имел тихий интеллигентный нрав, увлекался историей и резьбой по дереву. Несмотря на явную несовместимость характеров, эта пара была образцом нежной и преданной любви.

Звонок Анастас Ивановича к нам был вызван единственной причиной – проверить рекомендации врачей. Дело в том, что Степан Иванович слегка простудился. Анастасия Ивановна, напоив мужа на ночь чаем с медом и укутав его двумя одеялами, перебралась под утро с супружеской кровати на диванчик, поскольку муж всю ночь пытался вылезти хотя бы из-под одного одеяла и уснул лишь с рассветом. Проще говоря, она тоже не выспалась.

Рано утром Анастас Иванович, вспомнив, что дома нет молока, вскочила и понеслась в магазин. Вернувшись в свою тихую обитель, решила не греметь кастрюлями и до момента пробуждения супруга опять прилечь. Плюхнувшись со всего маху на середину дивана, она услышала сдавленный писк и, схватившись за сердце, как могла осторожнее приподнялась. Осторожность была уже лишней. У Степана Ивановича, в отсутствии жены открывшего форточку и перебравшегося с ненавистной кровати на диванчик, где он мирно заснул, укрывшись с головой одним одеялом, оказались сломанными три ребра. После рентгена врач с помощью медсестры туго затянул грудную клетку несчастного в пеленку, как в корсет. И категорически отказался накладывать гипс. Последнее обстоятельство и заставило Анастас Ивановича, считавшую, что бедный муж получил не все необходимое для поправки здоровья, консультироваться с Натальей. Кстати, она могла бы проконсультироваться и со мной. Правда, мой муж ломал в свое время только одно ребро. Еще одно устояло, ограничившись трещиной.