По секрету с того света - Андреева Валентина Алексеевна - Страница 49

Мои рассуждения прервала Наташка, увлеченно махавшая перед моим носом рукой.

– Я все пытаюсь понять, ты мыслишь и, следовательно, существуешь, или только мыслишь? О чем задумалась, детина?

Я попыталась избавиться от Наташкиной руки, как от назойливой мухи. И окончательно сбросила с себя оцепенение. Рука – только следствие. Причина в том, кому она принадлежала.

– Куда бы ты постаралась спрятать кое-что так, чтобы никто не додумался, а? Но только в своей квартире, – обратилась я к подруге.

– Ну, смотря что из себя представляет это самое кое-что, – рассудительно ответила подруга. – Если деньги, так их лучше от меня самой прятать. Если золото, то я его не люблю. Предпочитаю серебро, сама знаешь.

– Нет, – нетерпеливо сказала я, – скорее всего, это дискетка, либо документы, может быть, тоненькая папка с документами. Ворох документов, пожалуй, не спрятать.

– Спрячем, ты только скажи, что. И почему обязательно в моей квартире?

Я даже застонала от Наташкиной несоображаловки. Встав с табуретки и осторожно закрыв кухонную дверь, я жестом пригласила подругу сесть. Наташка с полоборота включилась в начатый мной процесс расследования. После недолгих споров мы пришли к выводу, что неопознанный пока еще объект (скорее всего, компромат) был помещен в нашу квартиру либо давно, но узнали об этом недавно – в момент, по времени совпадающий с моим переездом, либо накануне моего переезда. Тщательный обыск ничего не дал. Все попытки посторонних лиц проникнуть в нашу квартиру успехом не увенчались. Значит, этот объект по-прежнему где-то рядышком. Интуиция подсказывает, что он представляет определенную опасность для Сергея Константиновича. Мысль о том, что покойник пришел охранять мой ночной сон, а по пути занес этот компромат с целью получения выкупа от Сергея, показалась интересной, но нереальной. Могли найти другое время и другое место. Я с жаром, шипя и возмущаясь, отстаивала свою версию: компромат лежал в квартире давно и стал полной неожиданностью для Сергея. А спрятал его не кто иной, как Олег, именно поэтому и скрывается.

– Вы забываете, что Олег вроде как погиб при автомобильной аварии полгода назад, – раздался спокойный голос Лешика. Господи, мы и не заметили как он вошел! – Аварию он вольно или невольно подстроил. Либо ему ее подстроили. Если предположить последний вариант, то от него хотели избавиться и надеялись, что это удалось. Я согласен с Ириной Александровной, что Олег имел что-то, представляющее определенную опасность для кого-то.

Мы молча выслушали Лешика, после чего я уважительно подвинула ему табуретку и продолжила рассуждения:

– Скорее всего, Олег попытался шантажировать Сергея документами. Вот только где он мог их взять? Правда, мне Олег показался таким положительным, ну, в смысле не способным на шантаж.

– У тебя все положительные! – фыркнула Наталья. – Еще по школе помню, что положительные заряды притягивают отрицательные. Вот перекос в отрицательную сторону и получился. Я уверена, что его попытались убрать за шантаж. После аварии и похорон все успокоилось. А накануне он нарисовался и решил поправить свое материальное положение. Договорился с Сержем встретиться в этой квартире и осуществить бартерный обмен: компромат на деньги.

– Ты забываешь, – напомнила я, – что Сергей имеет алиби в ночь убийства. Он заявился от любовницы только под утро.

– Да что ты его все время выгораживаешь! – возмутилась подруга. – Козел он, и алиби у него липовое. Что ему мешало прихлопнуть покойничка, юркнуть в свою нору со всеми удобствами, а потом вешать всем лапшу на уши, что явился только под утро? Любовница подтвердит что угодно! Наверняка на полном его обеспечении сидит.

– Наталья, – повысила я голос. – Давай пока оставим его любовницу в покое. Известно, что вместо нашего Олега был убит какой-то бандит. Зачем Сергею его убивать?

– А затем, что Олег вполне мог прибегнуть к помощи каких-нибудь «братков», которым потом бы и заплатил.

– Не говори ерунды, – разозлилась я. – Братки не будут решать вопрос так не солидно. Они, для начала, явились бы цивилизованно. Домой или на работу. Нет, скорее всего, на работу и выставили свои условия.

– Ты что, три дня как из бандформирования? – прошипела подружка. – Или детективов перечитала? Зачем Олегу к браткам обращаться? Можно просто к одному отдельно взятому бандиту.

Устав препираться, мы обе замолчали и задумались. Тут-то я и вспомнила о догадке, мелькнувшей однажды в моих рассуждениях. Тогда я пыталась выяснить пути отступления неизвестного лица (или лиц), предпринявшего безуспешную попытку открыть ключом входную дверь. Я вспомнила, как тряслась от страха, оставшись одна: Наталья с Лешиком отправились в автосервис гастролировать в роли вологодских родственников. Оперативно (на мой взгляд) вернув свою душу из пяток на место, я подбежала к окну и долго торчала там в ожидании выхода преступника из подъезда. Но никого не дождалась. Следовательно, он скрылся где-то здесь, в какой-нибудь из квартир. Значит, мы все это время проживали под боком у преступника? Но Серж-то в это самое время гулял за границей! А что если зная это, убийца отсиживался у него в квартире? Разве не может существовать некое третье лицо, желающее найти и обезвредить компромат или что там еще? Кстати, мы же очень поверхностно знаем Нику. И почему она так резво укатила в отпуск? Прямо-таки сбежала! А что если на самом деле сбежала? А Листратов просто-напросто соврал, что она уехала. Вот оно! Именно удрала из-под носа следствия, а теперь органы сидят и караулят, когда она вернется в квартиру. Допустим, прихватить пару любимых колготок, без которых жизни не мыслит.

Не заметив как, я начала рассуждать вслух. Меня никто не перебивал. По-видимому, эта версия показалась достаточно серьезной. Неясно было одно: зачем это было нужно милой соседке. Окончательно моя теория рассыпалась после детального воспоминания о моем безумном вторжении к Нике и ее поведении сразу после происшествия. Конечно, люди могут, когда надо, быть хорошими актерами, но не настолько же…

Пришлось заняться обдумыванием новых версий, но в голову ничего не шло. Наталья, подперев одной рукой подбородок, другой задумчиво скатывала в шарик кусочек мякиша белого хлеба. Лешик, внимательно наблюдая за ее действиями, предложил перекусить. Подруга, добрая душа, с вопросом, «хочешь хлебушка?» заботливо протянула ему результат своего физического труда. Лешик оскорбился и ушел к простому и понятному компьютеру.

Постепенно у меня родился план. Но подруга ни за что не дала бы мне возможность претворить этот план в жизнь, сославшись на его явное безумие. Необходимо было найти компромисс. Осторожно, стараясь не вызвать подозрений, я стала сыпать комплиментами в ее адрес. Но Наталья все же насторожилась, сделав стойку, как гончая собака. И тогда я перешла прямо к делу. Я брякнула, что собираюсь прижать к стенке Сергея, чтобы из него полилась правда. Наталья собралась было опять прокомментировать мои умственные способности, но я ее перебила:

– Да, считай, что вот такая я дура! Я все равно это сделаю. Даже если он убийца. А ты можешь спрятаться в шкаф и контролировать ситуацию с газовым баллончиком в руках.

Реакция подруги была неожиданной:

– Ты что, решила переспать с ним, чтобы узнать правду? – с ужасом спросила она.

Я так и застыла с разинутым ртом.

– С чего это ты взяла?

– А то я тоже дура, и не понимаю, как от мужика можно добиться правды, учитывая при этом – подчеркиваю – учитывая, что он убийца! Или ты собираешься заставить его признаться в этом, напомнив, что он когда-то был пионером? Хотя, что это я, – спохватилась подруга, – ты же у нас не от мира сего. С тебя станется взбрыкнуть и заявить, что он разоблачен, что ему следует испытывать муки совести, после чего вы вместе поплачете над его горькой участью. А потом, я в шкафу не помещусь. А если помещусь, то задохнусь. У меня вообще клаустрофобия. И от газового баллончика вырубимся все, включая собаку.