Капкан со всеми удобствами - Андреева Валентина Алексеевна - Страница 30

– Мы, – подтвердила я. – Но ты сам виноват. Зачем в братья Герману набился? Похож на него, как лимон на арбуз.

– Да Светлана велела в случае чего так сказать. А к Наталье я сначала решил осторожненько влезть и свой пакет забрать. Даже с собакой познакомился. Стетоскоп купил – прослушать, не обнаружила ли она сверток. Когда-то слесарил. Думал отмычку сделать. Только у нее замок хитрый. Если она пакет найдет, тут же меня сдаст. Ей бы в ментовке работать.

– Не сдаст, – уверенно заявила я. – Пакет я тебе верну через пару минут. А вот что дальше делать? Не можешь же ты сидеть здесь сложа руки и ждать, когда протянешь ноги. И работу бросил!

– Да обещал мне кое-кто все уладить. Говорить не буду. Слово дал. Как только уладится, сразу эту дрянь в унитаз спущу!

– Подожди меня тут и дверь не закрывай. Я сейчас…

Быстро вылетев из квартиры, я позвонила к Наталье в дверь и вихрем пронеслась на балкон, оставив ее стоять у входа с разинутым ртом. Денька за дверью на кухне издала тоскливую руладу.

– Подробности потом, – выдавила я на лету, удивляясь сохранности находки. – Снимай квартиру с сигнализации…

Владимир послушно ждал меня на прежнем месте. Когда он схватил пакет, руки у него тряслись.

– Тридцать лет, а колотит, как немощного…

– Как тридцать? – удивилась я. – Думала, тебе все сорок… – В конце концов, он не кисейная барышня.

Но Владимир не ответил. Лихорадочно обнял пакет и облегченно вздохнул. Лицо порозовело. Оказалось, что он умеет улыбаться.

– А ты случайно сам не наркоманишь? – с подозрением спросила я.

– Ты что?! – От возмущения сосед аж подскочил. – Я даже не пью. У меня друга наркоман угробил. Севка к автобусной остановке торопился, автобус шел. А тут эта сволочь обдолбанная на крутой тачке вылетела прямо к остановке! Народ врассыпную, а Севка оглянулся, да поздно было… – Владимир нервно заглянул в пакет, вытащил и снова уложил в него стодолларовые купюры и брезгливо завернул в старую газету. – И куда теперь эту дрянь девать?

– Под ванну. Запихивай и пойдем, я тебя ужином накормлю. Сейчас дочь придет.

Сопротивлялся он недолго. Очевидно, после откровений на душе у него полегчало, и на радостях Владимир согласился.

12

Ужин прошел почти в непринужденной обстановке. Выяснилось, что сосед несколько дней постился, – кусок в горло не шел, – и о еде вообще не думал, поэтому за столом наворачивал все за обе щеки, ухитряясь управляться одной рукой. Вторая была выведена из строя дверцей шкафа, как и правый бок… И первое, и второе, и компот умял в рекордно короткий срок – не более чем за десять минут. К моменту возвращения дочери он, не в силах расстаться с куском хлеба, потихоньку отщипывал от него кусочки и отправлял в рот, уверяя при этом, что сыт.

Алена вызвала меня в коридор и укоризненно шепнула:

– Мам, ну что тебе жалко накормить человека? – И, не дожидаясь от меня ответа, пошла уговаривать его составить ей за ужином компанию.

Владимир беспомощно взглянул в мою сторону, но я только развела руками. Мне было некогда – необходимо предупредить неожиданное вторжение подруги. Кто знает, что могло прийти ей в голову?

Но я опоздала. Наташка вошла и немигающим взглядом уставилась на соседа, пожелав ему лично приятного аппетита. По интонации это сильно смахивало на пожелание подавиться. Он послушался и тут же поперхнулся. Алена подсунула ему бокал с компотом из сухих яблок и каркаде, уговаривая не торопиться. Бесполезно. Откашлявшись, он моментально вскочил, рассыпался в благодарностях и, пожелав всем спокойной ночи, удрал к себе.

– Врагов откармливаешь? – с сарказмом заметила подруга. – Не иначе как на убой. А что ты у меня с балкона украла?

– Взрывное устройство! – рассердилась я, делая отчаянные попытки втащить Наталью в комнату.

Но она ни мимики, ни жестов не замечала – приглядывалась и принюхивалась к тому месту, которое покинул сосед.

– Мам, ну хватит паясничать, – откликнулась на мои старания Алена. – Опять какие-то тайны? Можно подумать, я разболтаю об этом направо и налево. Почему Наталье Николаевне ты доверяешь, а мне нет?

При этих словах Наталья наконец оторвалась от табуретки и уставилась на нее:

– Потому что нельзя портить аппетит во время еды, – отчеканила она, – подавишься. Умные должны учиться на чужом примере… А твоя мать, как я поняла, спешно ликвидирует последствия стихийного бедствия, именуемого походом в магазин. Скармливает двадцатую упаковку сосисок кому ни попадя.

– Наш сосед – несчастный человек, – отчеканила я, и Наташка громко фыркнула. – У него проблемы с женой, поэтому он вынужден ютиться в таких условиях, как сейчас, но…

– Но они ему надоели, – вмешалась Наталья. – И поэтому лезет в мои хоромы!

– Никуда он уже не лезет. Вместо него влезла я…

Не могу сказать, что это прозвучало громко, но эффект был поразительный. Наташка, уперев одну руку в бок и жестикулируя второй у себя над головой, так и застыла на месте в одном положении. Только кисть правой руки продолжала выделывать наверху замысловатые вензеля.

Алена, наморщив лоб, с любопытством смотрела на потолок, безуспешно пытаясь уловить там смысл разговора.

– Сообщница! – наконец ахнула подруга и опустила руки.

– Фи-ига себе! – выдала Алена, придумав свою версию.

– Да! – с гордостью объявила я. – Спасла тебя от позора следствия и суда!

Наташка, не оглядываясь, нащупала сзади себя табуретку и попыталась сесть, но дико взвизгнула. Элька не любит слишком тесной компании. Димкин возглас из прихожей «Веселитесь?!» завершил разборки. Все дружно заткнулись и уставились на него.

Он посерьезнел:

– Не ждали?..

– Да нет, – натянуто улыбаясь, сказала Наташка. – Раздевайся, проходи… раз уж пришел…

– А я новый телефон на кухню приобрел, – объявил Димка, метнув на меня сердитый взгляд, и стал шумно раздеваться.

– Озверел! – шепотом сказала Наташка. – Мы с ним по-человечески, а он?.. Пожалуй, пойду. Выживешь – забегай. Так и не поняла, что ты уперла?..

Димка действительно обиделся. Ужинал в полном молчании. На вопросы отвечал односложно: «Да» – «Нет». После ужина демонстративно повесил на стену новый телефонный аппарат и, не обращая внимания на мои заискивающие восторги: «Ах, какой хорошенький! Чудным образом подходит к цвету нашей машины!» – ушел в комнату, улегся на диван и уставился в экран телевизора. Тревожить его, а тем более извиняться я не стала. Ученая. Все, что он мне выдаст, займет часа полтора, несмотря на то что буду молчать как рыба.

Минут через десять на цыпочках заявилась Наталья, открыв дверь своим ключом.

– Фирма «Купава» занимается вполне безобидным ремеслом, – прошептала она мне на кухне, заставив приостановить процесс мойки посуды, – ландшафтным дизайном. Причем осуществляет это как своими силами и средствами, естественно, за счет заказчика, так и путем платного обучения всех желающих обеспечить себе стильное оформление садового участка. Никакого отношения к «Пантере-С» не имеет. Телефоны оставляю на холодильнике… Теперь ты мне скажи, что украла, и я успокоюсь. А то от волнения Денькину кашу мужикам по тарелкам разложила, а картофельное пюре – ей в миску жмякнула. Представляешь, никто не обиделся! Только Лешик кашу досаливал и сетовал, что кости попадаются… А как босс? Все молчит? – В ответ я кивнула, и подруга скорбно поджала губы: – Да-а-а… В этой ситуации и помочь-то нечем…

– У тебя на балконе валялись наркотики и доллары, – шепотом перебила я подругу и она недоверчиво захлопала глазами. – У Владимира жену втянули в криминальную историю, он отправил ее из Москвы к родственникам, а сам с «посылкой» удрал сюда, чтобы затаиться. Ему кто-то обещал помочь с разрешением ситуации, но он не стал пока от наркоты и денег избавляться – вдруг ничего не получится и хозяева до него доберутся… А пакет к тебе случайно попал. Владимир ручонками всплеснул, когда с высоты тринадцатого этажа вниз глянул. А признаться боялся – ты человек суровый. Вдруг заставишь упаковку развернуть. А потом – прямиком в правоохранительные органы. Вот и пытался проникнуть к тебе через дверь, да опыта домушника нет. Тот бы уже за это время трижды всю квартиру обчистил и дважды обратно внес. Так что пусть живет себе спокойно и дожидается положительных результатов. В милицию ему нельзя – жену к уголовной ответственности привлекут, а она у него в интересном положении.