Маленький друг - Тартт Донна - Страница 112

Харриет сжала ржавые поручни так сильно, что руки занемели. Она лежала на гнилых досках крыши головой вниз, так что вся кровь прилила к лицу и бешено стучала в висках. Крики, доносившиеся из машины, наконец стихли, но тишина показалась ей еще более зловещей, чем тот нечеловеческий вой и визг, от которых каждый волос на ее голове шевелился, а тело парализовало страхом.

А он продолжал стоять неподвижно и издалека казался совсем маленьким и безобидным. Вдруг он встрепенулся и пошел по направлению к кустам — сердце Харриет сделало полный оборот и упало куда-то в желудок. «Пожалуйста, только не сюда, только пусть он не идет сюда», — повторяла она про себя. Дэнни Ратклифф исчез в кустах, потом появился опять с пистолетом в руках. Он осмотрел его, тщательно протер о подол рубахи и, широко размахнувшись, забросил далеко в сорняки.

Локти у Харриет болели. Она немного изменила положение тела, но не осмелилась сесть. Харриет не совсем понимала, чему именно она стала свидетелем, да только с чем можно спутать предсмертные хрипы, которые все еще стояли у нее в ушах? Он убил кого-то, кто сидел там, в его машине, застрелил из пистолета, а теперь, что теперь? Что он собирается делать? Она боролась с искушением не смотреть в его сторону, спрятаться, забиться в дальний угол, закрыть голову руками, притвориться, что ее нет. Но все же не могла отвести глаз от фигуры Дэнни Ратклиффа, хотя от напряжения глаза начали слезиться, и он то и дело расплывался в каком-то горячем тумане.

Дэнни Ратклифф опять подошел к машине, разглядывая неподвижные тела своих жертв через лобовое стекло. Ей хорошо была видна его мускулистая спина, черная тень от нее приятно успокаивала глаза. Вдруг он повернулся и быстрым шагом направился прямо к башне.

Харриет чуть не закричала от страха. Волна паники захлестнула ее. Дрожащими руками она нащупала пакет с револьвером. Почему-то сейчас этот старый револьвер, который она, возможно, и зарядила-то неправильно, показался ей весьма слабой защитой от Дэнни Ратклиффа, в особенности на таком шатком пятачке, как крыша водонапорной башни. Харриет заметалась по крыше. Куда деваться? Спуститься пониже? Или взобраться на самый верх? Лечь или сесть? Что он сделает с ней, когда увидит ее здесь? «Конечно, убьет, — подсказал ей холодный, беспощадный голос разума, — швырнет вниз прямо с высоты башни и даже не задумается». И тут звук его шагов раздался на лестнице.

Бум… бум… бум… Шаги отдавались гулким эхом в глубинах цистерны. Харриет представила себя летящей вниз, стремительно приближающуюся землю и последний, смертельный удар о подножие башни и от отчаяния чуть не бросилась в черную воду вместе со своим револьвером. Что-то удержало ее в последний момент. В воде у нее не было ни единого шанса выжить, но здесь, наверху, она еще могла попробовать.

Бум… бум…

Харриет крепко сжала револьвер обеими руками — он был тяжелый и холодный. Она неуклюже подползла к краю крыши и глянула вниз. Она не видела Дэнни, хотя вся башня сотрясалась от его тяжелых шагов.

Бум… бум… ближе… ближе…

Харриет направила дуло револьвера туда, где гремели шаги и как можно дальше высунулась из-за бортика. Когда наконец показалась темноволосая голова, Харриет закрыла глаза и нажала на спусковой крючок.

Бабах!!! Со всей силой отдачи револьвер ударил ее в нос. Оглушенная, она упала на спину, выпустив его и закрывая обеими руками лицо. В мозгу взорвался сноп огненных искр, боль была оглушающей, из-под пальцев потекла густая, маслянистая кровь, ее железистый вкус появился в горле. Харриет услышала лязг падающего вниз револьвера, пересчитывающего ступеньки лестницы, отскакивающего от стенки цистерны, — цок-цок-цок — как если бы кто-то проводил металлической палочкой по прутьям решетки. Харриет отняла руки от лица — все пальцы были густо измазаны темно-красной кровью, и на секунду она забыла, кто она такая и где находится.

Звук выстрела так оглушил Дэнни, что он чуть не свалился с лестницы. Что-то прогрохотало у него над головой, и в следующую секунду он получил крепкий удар по макушке чем-то очень тяжелым. После мгновенной отключки Дэнни подумал, что летит вниз, но, опомнившись, понял, что продолжает стоять на лестнице, крепко обняв железные балки руками, прильнув всем телом к ржавым прутьям ступеней. Что-то, грохоча, падало все ниже и ниже, пока с тупым стуком не приземлилось далеко внизу.

Дэнни ощупал гудящую голову — на ней быстро вырастала огромная шишка — и посмотрел вниз, в надежде определить, что же именно его зацепило. Солнце било ему прямо в глаза, и единственное, что он смог увидеть — это собственную тень на черном пугале железной лестницы. Вдалеке, на полянке, окна «транс Ам» горели золотом в солнечных лучах. А что, если Фариш заминировал башню? Дэнни так не считал, но сейчас он уже не был в этом уверен.

«Ну и что? — пронеслась отчаянная мысль. — Даже если меня разнесет на куски — по большому счету насрать, меньше проблем будет». Он еще раз потер шишку рукой и продолжал ползти вверх.

Харриет пришла в себя — она лежала на боку на старой крыше, — и это был не сон, не кошмар, не ее собственная дурацкая выдумка. Все это было реально, вот только она больше не слышала шагов Дэнни Ратклиффа. В панике она вскочила на ноги, не зная, куда бежать, как вдруг железная рука схватила ее за щиколотку и за ее спиной выросли его голова и плечи, как в бассейне, когда пловец неожиданно появляется из воды и вылезает на бортик. Она закричала и забилась в ужасе и вдруг, неожиданно для себя, сумела высвободить ногу и бросилась к двери в цистерну. Дэнни Ратклифф поднялся на крышу за ее спиной, огромный, заляпанный кровью, страшный, дурно пахнущий, и устремился за ней. Харриет не помнила, как нырнула в дверь, скатилась по шаткой лестнице к самой воде, а над ее головой продолжали звучать тяжелые шаги и уродливые мотоциклетные сапоги клацали по железу. Харриет разжала пальцы и нырнула в воду ногами вперед. Она погрузилась в нее до самого дна, едва выдержав ударившее ей в нос зловоние, и, оттолкнувшись ногами, мощным гребком послала свое тело вверх. Однако, как только ее голова показалась над водой, сильная рука схватила ее за волосы, и прямо перед собой она увидела перекошенное от гнева лицо Дэнни Ратклиффа. Он был еще страшнее, чем она ожидала, — с разбитой губой, с небритыми щеками, измазанными бурыми потеками. Он вытащил ее за волосы из воды — она увидела, как напряглись бицепсы на его руках, и закричала от ужаса и боли.

— Ты кто? — заорал он ей прямо в лицо.

Харриет задергалась, пытаясь вырваться, вцепилась руками в его рубашку, но ноги ее были под водой, и, несмотря на то, что она никогда в жизни не дралась с таким остервенением, освободиться ей не удавалось.

— Что ты делаешь тут? Говори! — его голос сорвался. Он сам казался испуганным, но от этого был еще более опасен, как загнанный зверь, которому нечего терять. — Что тебе надо от меня?

Харриет издала полузадушенный крик, вспенивая вокруг себя воду и тщетно пытаясь найти опору. Дэнни Ратклифф прижал ее ноги к борту цистерны коленом и с каким-то неестественно высоким, сумасшедшим смехом сунул ее голову в мерзкую вонючую воду, потом резко вытащил обратно.

— Ну теперь-то ты у меня заговоришь, сука! — яростно вскрикнул он.

Дэнни кричал не только от гнева, но и от пережитого шока. Он действовал интуитивно и теперь, когда девчонка была у него в руках в буквальном смысле этого слова, не очень представлял, как ему с ней поступить.

Нос у девчонки был расквашен, кровавые сопли спускались из ноздрей, щеки перепачканы ржавчиной и грязью. Но она молча буравила его своими кошачьими глазами, взъерошившись, как амбарная сова.

— А ну говори, мерзавка! — заорал ей Дэнни прямо в ухо. Его голос сумасшедшим рикошетом отскакивал от стен цистерны. — Отвечай мне! Отвечай!!!

В полумраке цистерны белое лицо девчушки светилось над водой, как полная луна на небе. Он внезапно услышал ее испуганные, мелкие вздохи.