Солнечный ветер - Хогарт Аурелия - Страница 29

– Нет, я так не согласен. Ну-ка скажите, как обычно дети называют отца? Кто из вас первым догадается, того сегодня не съем.

На мгновение воцарилась тишина – Бекки и Деннис задумались. Затем почти одновременно выпалили:

– Папа!

– Все, остался без второго завтрака, – констатировал Джей. – Ладно, придется вас помиловать, но только если поздороваетесь как следует.

– Привет, папа, – совершенно естественно, будто до того делала это сотни раз, произнесла Бекки.

Чуть помедлив, Деннис тоже сказал:

– Здравствуй, пап.

Тогда Джей сел на траве, обнял Бекки левой рукой, Денниса правой и притянул к себе.

– Здравствуйте, мои дорогие!

Затем, не отпуская детей, он поднял взгляд на Нэнси.

18

Ночью Нэнси почти не спала. Ворочалась в постели, ища удобного положения и не находя. Ее одолевало множество мыслей, которые текли сразу в двух направлениях. Первое относилось к ее взбудораженной чувственности – которая отчасти и мешала уснуть. Второе касалось материнских обязанностей, вошедших в конфликт с чувством собственного достоинства.

Мысль о том, что в этом самом доме, совсем рядом, находится Джей, пробуждала в теле Нэнси каждую клеточку. Поэтому она и металась без сна, периодически взбивая ни в чем не повинную подушку и с завистью поглядывая на Бекки и Денниса, сладко спавших в одинаковых кроватках.

Воспоминания о вчерашнем вечере, часть которого была проведена в соседском саду, порождали желание слиться с Джеем, причем прямо сейчас, немедленно! Оно было так сильно, что это смущало Нэнси. Кроме того, она даже не представляла, как с ним справиться. То есть способ, разумеется, был ей известен, однако он требовал непосредственного участия Джея, что в данных обстоятельствах абсолютно исключалось.

Вдобавок Нэнси терзали сомнения относительно искренности некоторых высказываний Джея. Она почти готова была поверить, что он не влюблен в Кэт, – особенно после разговора, состоявшегося утром за завтраком. Подобные размышления влекли за собой во многом безумную, но очень соблазнительную мысль: что, если на самом деле Джей любит ее, Нэнси? В том, что он пылает к ней страстью, она не сомневалась, но ей хотелось большего. Впрочем, сам Джей полагает, что на основе взаимного влечения можно выстроить все дальнейшие отношения. С его точки зрения, это неплохое начало, и по-своему он прав, ведь в первую очередь ему нужны Бекки и Деннис.

Нэнси же утром окончательно осознала, что любит Джея – и даже сильнее, чем прежде. Ее чувства многократно превосходят его обман… в котором он почему-то категорически не желает признаваться!

И тут вставал вопрос: какими соображениями ей следует руководствоваться в дальнейшем? Действовать, как подсказывает гордость – то есть окончательно порвать с Джеем, – или закрыть на все глаза и слепо следовать интересам детей?

Завтра был день вылета Нэнси в Детройт. Правда, место в самолете забронировано для нее одной, для детей билетов нет, но этот вопрос наверняка можно уладить. Гораздо сложнее принять решение – лететь или нет?

Впрочем, в глубине души Нэнси осознавала, что ответ ей известен.

Сегодня утром на лужайке, после того как Джей так успешно изобразил динозавра, произошло кое-что еще, после чего у Нэнси практически не осталось поля для размышлений.

– Я и не хочу называть тебя Джеем, – неожиданно сказал Деннис. Он все еще сидел на траве, прижавшись к боку обнимавшего его Джея и поглядывая на него снизу вверх. – Мне больше нравится звать тебя папой. Я так давно хочу, чтобы у меня был собственный папа!

Не успел Деннис договорить, как Бекки поднялась на ноги и немного неуклюже обняла Джея за шею.

– Это и мой папа тоже!

Нэнси замерла, не веря собственным ушам, да и глазам тоже. Все произошло так быстро! Кто мог ожидать, что дети настолько обрадуются неожиданному появлению в их жизни отца?

У Нэнси защемило сердце, и именно в это мгновение она осознала, что должна сделать: скатать свою гордость в шарик и швырнуть за облака. У нее было двое замечательных детей – то, что дороже всяких проявлений эгоизма. Ее дочь и сын достойны лучшей участи. Им нужна нормальная семья – мать, отец, дедушки и бабушки. Они заслуживают того, чтобы расти и развиваться в атмосфере нежности, ласки и любви.

– Да, мои солнышки, я ваш папа, – взволнованно произнес Джей. – А вы мои детки! Можете рассказать об этом всему свету…

Утром Нэнси проснулась поздно и совершенно разбитой.

Бекки и Денниса в спальне не было, но со двора доносились их голоса. Выглянув в окно, Нэнси увидела, что они с Джеем запускают на лужайке бумажного змея.

Ох как хорошо, что детьми занимается Джей! – подумала она. – Я сейчас была бы совершенно не в состоянии даже поговорить с ними, не то что играть…

Вот тебе первое преимущество семейной жизни, дорогуша! – насмешливо прозвучало в ее мозгу.

Нэнси оперлась ладонью на подоконник и на миг закрыла глаза. У нее даже не было сил спорить с самой собой. Она испытывала сильную слабость, голова у нее слегка кружилась, коленки подгибались.

В ванной, взглянув на себя в зеркале, она нахмурилась.

И было от чего. Под ее глазами залегли тени, лицо побледнело, глаза словно запали, и вообще выглядела она неважно.

Последствия бессонной ночи и нервозности последних дней. Пора взять себя в руки, иначе я совсем расклеюсь, сказала себе Нэнси.

Она даже толком не почистила зубы, потому что ее подташнивало – так, прополоскала рот, плеснула в лицо пригоршню холодной воды, вот и все умывание.

Сняв ночную сорочку и накинув пестрый халатик, Нэнси так устала, будто проделала невесть какую трудную работу. Без сил опустившись на край неубранной постели, она закрыла лицо ладонями…

Неизвестно, сколько просидела так Нэнси, но из оцепенения ее вывел негромкий стук в дверь. Вздрогнув, она машинально поправила волосы и сказала:

– Входите, там незаперто. – Ей казалось, что она крикнула, а на самом деле ее голос прозвучал очень вяло.

В следующее мгновение Нэнси невольно напряглась, потому что порог спальни переступила… Кэт! Что-то в ее внешности показалось Нэнси странным, но ей потребовалась добрая минута, чтобы понять, что именно – Кэт была одета в тот самый дорожный костюм, в котором прилетела сюда из Детройта.

– Привет, соня, – сказала она, однако хоть и насмешливо, но без прежней злой иронии.

– Что тебе нужно? – холодно спросила Нэнси. – Если ищешь Джея, то его здесь нет.

Кэт слегка пожала плечами.

– Знаю, потому и пришла. Мне нужно поговорить с тобой.

– А мне с тобой не о чем разговаривать! – вспылила Нэнси. И тут же пожалела об этом, потому что комната вновь поплыла у нее перед глазами, а в висках словно молоточки застучали.

– Ведь ты еще не знаешь, о чем пойдет речь, – тонко усмехнулась Кэт.

Нэнси вдруг безумно захотелось, чтобы все это скорее кончилось и можно было еще на несколько минут прилечь на кровать.

– Ладно, выкладывай, зачем пришла, – проворчала она.

Кэт открыла висевшую на плече сумочку и вынула какой-то сверток.

– Собственно, разговор будет коротким. Я пришла сказать, что отдаю тебе Джея. Отныне он в полном твоем распоряжении, так что радуйся. – В конце фразы ее голос едва заметно дрогнул. Словно рассердившись на себя за это, она резко добавила: – Что рот разинула?! Джей теперь твой, выходи за него замуж, рожай детей и… будь счастлива, клуша!

Нэнси взволнованно глотнула воздух. Слова Кэт, настолько ошеломили ее, что она даже не обиделась на тон, с которым те были произнесены, равно как и на пренебрежительный эпитет.

– Ты… отказываешься от Джея?

Кэт смерила ее взглядом.

– Сколько раз нужно повторить, чтобы ты поняла?! Да, отказываюсь. Боже правый, ну и глупа же ты! И что он только в тебе нашел, не понимаю… Думаешь, я не знаю, почему ты взбрыкнула тогда, перед самой вашей свадьбой, в последний приезд Джея?

– Знаешь? – пролепетала Нэнси. Она никогда и никому об этом не говорила.