Иероглиф - Токарева Елена О. - Страница 61

Когда приземлились, Роман первым делом увидел Челюсть.

– Третий день встречаю, – сказал Челюсть, когда обнялись.

– Знатно. Челюсть на крыше – мир на земле, – вспомнил Роман, и оба они заржали.

– Твой jet? – спросил Челюсть.

– Девчонка одна подарила. На память. Покатаемся.

– Ну, поехали к Петру.

На хутор к Петру Рома попал опять же к вечеру. Затопили баню. Хутор был военным лагерем. На большом поле стояли танки, БМП. На небольшом взлетном поле – пара вертолетов. Маленький бандитский лагерь.

– Ну, здравствуй, брат, спасибо, что откликнулся, – сказал Петр, обнимая Рому.

– Не откликнешься у тебя. Эх, зачем ты меня, Петька, из тюрьмы выкупил? Сидел бы я сейчас спокойно в лагере, отдыхал бы… А теперь я тебе на всю жизнь обязан.

– Не мне, а Ксении. Она за тебя свою жизнь заложила.

– Так может, мне на ней жениться?

– С ума сошел? Кому такой муж нужен, как ты? Муж должен быть крестьянин. Солидный человек. Даже не пытайся морочить ей голову – убью. В общем, Рома, дело такое. Вот план операции. Шаман – руководит. Вы с Тихомировым должны заложить взрывчатку в опоры моста. Так, чтобы чуток подорвала. Мост непрочный, китайцы строили. Он рухнет, не выдержит. Когда рухнет, – все окажутся в ловушке. Проведем селекцию – кого оставить на воле, кого – в резервацию. Когда разберемся с территорией, распределим бизнеса, установим жесткий военный режим, тогда возведем новый мост. На ночь будем его перекрывать. И наши танки, Рома, пойдут по нему в обратную сторону.

5. Послесловие

В Городе Дворцов снова наступала весна. Как всегда, промозглая и сырая.

Сципион трудолюбиво налаживал в Чайна-тауне привычный бизнес. Завозил рабсилу черт знает откуда, метил ее, держал в повиновении. Разве что бизнес на человеческих органах возобновлять побрезговал.

В Чайна-тауне Сципион был безраздельный хозяин. Юлия никогда не говорила Сципиону про найденные в картине сертификаты, указывающие на то, что ее семья является собственницей земли, на которой стоит Чайнатаун.

В финале операции Сципиона по взятию ЧТ был предусмотрен триумфальный приезд Юлиного отца из Парижа. Сценарий его торжественной встречи в аэропорту Чайна-тауна уже создавался пиарщиками Агентства. Торжественно и со слезами лучшие люди Города Дворцов встречали на аэродроме Чайна-тауна отца русской демократии. Приезд его должен был ознаменовать новый виток демократии. Из пригорода должны были привезти Юлиана Семеновича и его жену Витолину. Плач демократов от счастья и восстановление памятника отцу Юлии должны были завершать церемонию.

Отец должен был снова стать мэром, только уже не Города Дворцов, а Чайна-тауна.

Юлиной матери очень не нравился новый Юлин друг Федя. Несколько раз мать пыталась поговорить с Юлией на эту тему. Она набирала в грудь воздуха, делала серьезное лицо и натыкалась на холодный взгляд Юлиных глаз.

– Послушай, Юля, – однажды сказала мать. – В жизни женщины настоящий мужик попадается только раз. Зачем ты отпустила от себя Романа?

– Заткнись, – коротко остановила Юлия. – Он сам сбежал. Мне под колеса бросаться?

– Собирай свои манатки и хоть тушкой, хоть чучелом лети за ним, – сказала мать. – Я за твоим отцом пласталась, несмотря ни на что. Так надо.

– И не подумаю! – сказал Юля.

– Дура, – сказала мать.

Однажды Юлия изловила в коридоре телевидения психолога Свету, которая явно избегала встречаться с Юлией лоб в лоб, и прямо ее спросила, что же было во второй чаше, по которой Света отказалась гадать.

Света сказала, глядя в сторону:

– Да я уже не помню, сколько же лет прошло!

Тогда Юлия достала чашку из своей изящной фирменной сумочки и протянула Свете:

– Гадай!

Света мельком взглянула в содержимое чашки и произнесла:

– Здесь видно, что ты никогда не была и не будешь стриптизершей, что любовь свою ты снова упустишь и что главным в жизни для тебя всегда будут деньги.

Юлия в гневе бросила чашку на кафельный пол. Осколки этой чашки с засохшими следами кофе чертыхаясь собирала покорная уборщица.

Китаянка Ли открыла сеть массажных салонов и стала уважаемой дамой. У нее богатая и знатная клиентура. Ее муж Дун Дешин после назначения отца Юлии мэром ЧТ стал работать у него советником.

Сципион хворает, он считает, что Ливеншталь его отравил.

А недавно дошли сведения, что где-то в Европе на соревнованиях инвалидов по картингу победил русский бизнесмен господин Ливеншталь…

Москва—Пекин—Шанхай—Благовещенск Май – сентябрь 2007 года

Продолжение следует

*

notes

Примечания

1

У. Шекспир. «Ромео и Джульетта» (примеч. авт.).

2

Киса – взрывное устройство (примеч. авт.).