Цветочные часы - Слэйт Валери - Страница 2

Победителем стал Хальвард – молодой эксперт из Норвегии, весьма симпатичный парень, совсем не похожий на потомка грубых, диких и воинственных викингов, столетиями терроризировавших всю Европу. Скорее, он напоминал утонченного и изнеженного аристократа байроновского типа, с тонким лицом, искрящимися выразительными глазами и романтическим складом характера. Высокий и стройный, облаченный в черные брюки в обтяжку и наполовину расстегнутую белоснежную рубашку с широким отложным воротничком, обнажающую загорелую мускулистую грудь. Перед ним было просто невозможно устоять… особенно когда его рот с великолепно очерченными чувственными губами растягивался в белоснежной улыбке. А как заразительно он умел смеяться и шутить! И какими чарующими были его соблазнительные речи и изысканные комплименты…

Конечно, она не устояла… и не жалела об этом. Тем более что, честно говоря, сама этого хотела. Конечно, не у нее одной было такое желание. Натали пришлось выдержать конкуренцию с одной миловидной, но излишне раскованной местной барышней из Бухареста, а также с еще более раскованной и предприимчивой дамой средних лет из Великобритании. Английская леди заняла второе место на соревновании по скоростному поглощению цуйки, не намного отстав от победителя. И, видимо, решила, что заслужила право отметить эту победу в постели с главным призером.

Но жизнь не столь проста, как это кажется некоторым под воздействием паров алкоголя. Хотя Натали и отказалась участвовать в соревновании, это нисколько не помешало ей обратить на себя внимание потомка норвежских викингов. Причем, еще в первые часы знакомства, когда они встретились в аэропорту Отопени. Их рейсы почти совпали по времени приземления. В результате они оказались сидящими рядом на заднем сиденье не слишком просторной автомашины, следующей из аэропорта в город. Прекрасная возможность для первого знакомства и его продолжения. Так что ночь в постели была логическим завершением трех дней непрерывных ухаживаний с мужской стороны. Последствия постоянного пребывания рядом, часами за одним столом в конференц-зале, три раза в день в ресторане и т. д. Они даже успели выкроить несколько часов, чтобы прогуляться вместе по городу, по бульвару Регины Элизабет, по улице Палатул Парламентулу и площади Шарля де Голля, прокатиться на такси под Триумфальной аркой, набираясь ярких впечатлений и фотографируя друг друга на фоне местных достопримечательностей.

Эти фотографии и сейчас еще хранятся дома, в Женеве, в ее настольном компьютере. Особенно живописным выглядит цифровое фото, удачно сделанное по их просьбе каким-то прохожим. Они обнимаются и, вытянув губы, нежно целуются на фоне бронзовой волчицы, вскармливающей своим молоком двух маленьких детей – Ромула и Рема. Эти темные фигурки установлены на белом каменном постаменте у начала широкого проспекта. Бухарестский вариант известной легенды о происхождении древнего Рима, свидетельствующий о том, что румыны считают себя потомками римлян и наследниками латинской цивилизации покорителей мира.

А на фотографии видно, какой красивой и гармоничной парой они могли бы стать, если бы их отношения продолжались и дальше. Но вот как-то не получилось. Не судьба. Они расстались там же, где и встретились, в аэропорту Отопени, улетев на разных самолетах в разные страны, чтобы больше уже никогда не увидеться.

Конечно, их быстрое сближение, с точки зрения моралистов, было слишком быстрым, чуточку сумасбродным и даже эксцентричным. Но что поделаешь, если молодость нетерпелива и жадна до приключений. Если период женского цветения столь короток, и надо успеть так много. Так хочется всего попробовать и все испытать. А время летит слишком быстро, и упущенного уже не вернуть…

Итак, она вполне заслуженно оказалась победительницей в негласном турнире участниц международного форума. Рыцарь сделал правильный выбор, за что был щедро вознагражден в эту сказочную ночь любви. Впрочем, как и она. Чертовски красивый, сказочно обаятельный северный бог оказался весьма энергичным, неутомимым и изобретательным в ласках. Сумел проявить себя во всей своей мужской мощи, несмотря на предыдущие испытания и некоторые перегрузки за питейным столом.

Правда, была во всем этом и печальная нотка. После расставания в Бухаресте Хальвард даже не попытался как-то с ней связаться, хотя возможностей для этого было более чем достаточно. Похоже, смотрел на это как на красивое, но случайное приключение, одно из многих в своей бурной жизни. Она тоже не стала напоминать о своем существовании. Пусть будет так, как есть. Зачем унижаться?

Натали с сожалением вздохнула и постаралась вернуться в реальный мир. Как раз вовремя. Она заметила, как герр Рёмер демонстративно смотрит на часы, как бы подгоняя рассредоточившихся по залу людей. Естественно, скользнул и по ней выразительным взглядом, мотнув головой в сторону конференц-зала. Мол, ей пора показать личный пример. Ничего не поделаешь. Пора идти. Минеральной воды можно будет выпить и за столом заседаний. Натали поправила прическу и торопливо проговорила, обращаясь к румынке:

– Спасибо, Сильвия, за заботу. Извини, но пора идти на заседание. Будем считать, что договорились. Сразу после окончания семинара спускаюсь вниз. Жаль, конечно, что не будет времени заехать в гостиницу, переодеться и принять душ перед рестораном. Ну ничего. Как-нибудь выдержим, не в первый раз. Жаль только, что мне завтра рано вставать. В пять утра. В семь надо быть уже в аэропорту.

– Мне тоже жаль, Натали, что ты нас преждевременно покидаешь. Мы для вашей группы экспертов подготовили на субботу неплохую культурную программу. Вначале автобусная экскурсия по городу. Потом сводили бы тебя в музей, а вечером в театр. Не все же время только на заседаниях и в ресторанах сидеть, – пошутила она, – Ну ладно, пошли в зал, а то неудобно опаздывать.

Натали устроилась в президиуме, не слишком вслушиваясь в произносимые речи, машинально обостряя слух только в наиболее интересных местах. Голова была лишь частично занята восприятием поступающей информации. Остальная часть мозга переключилась на собственные проблемы. А их было немало накануне Рождества. Дома, в Женеве, ее ждала нарядная рождественская елка и праздничный семейный ужин, который, по традиции, следовало встречать вместе со всеми близкими родственниками. А также включать в эту церемонию обмен подарками. Надо было подобрать что-то оригинальное, с местным колоритом, что смотрелось бы достаточно экзотично, особенно для Кристиана, ее брата, и его жены Софи. А главное – для любимого племянника, веселого, смышленого и любознательного малыша по имени Антуан, названного в честь деда. Да и для родителей было бы неплохо найти что-нибудь соответствующее возрасту, но не слишком тривиальное и не напоминающее лишний раз о прожитых годах.

В эту поездку свободного времени практически не было. Да и декабрь в Бухаресте в этом году выдался весьма холодный. В такую погоду как-то не хотелось лишний раз выходить на улицу. Даже днем мороз доходил до 16 градусов ниже нуля по Цельсию. От такого испытания город как-то посуровел и стал выглядеть еще более мрачно и помпезно, чем обычно, особенно в центре, подавляя монументальностью и тусклым серым цветом своих высотных угловато-кубических бетонных построек тоталитарного периода. Прохожие тоже выглядели как-то неприглядно и безлико, то ли из-за однотонно темных и потертых от долгой носки зимних одеяний, то ли из-за мрачных, промерзших и озабоченных лиц.

Прошлым летом, промытый дождем, в цветении зелени и игре солнечных красок, город выглядел намного веселее. Да и сама встреча проходила в конференц-зале неподалеку от «дипломатического квартала», с его ажурными разноцветными постройками XVIII—XIX веков, создающими праздничное и легкомысленное настроение. Это гораздо больше походило на фразу в рекламном туристическом проспекте, где говорилось о том, что «Букурешти», как называют этот город сами румыны, – это «Париж Восточной Европы». Впрочем, нечто подобное она читала и в венгерской брошюре о Будапеште. Каждый хочет погреться в лучах чужой славы.