Убойная стрела Амура - Андреева Валентина Алексеевна - Страница 3

Димка улыбнулся, ободряюще похлопал меня по плечу и снова скрылся в ванной. В прихожей яростно заверещал его мобильник.

– Иришка, ответь, наверное, из реанимации. Скажи, что сей момент подойду, ч-черт, мыло ускакало! Неужели нельзя купить нормальную мыльницу?! Знаешь, что не признаю ваших гелей.

– Ефимовы! – бодро доложила я в трубку телефона.

– Николаич! Твою мать! Чё у тя с голосом? Глянь в мешок…

Уши у меня не завяли, но Димка явно приукрасил манеру «специалистов» объясняться. Матерной прослойки, как таковой, не было, был сплошной мат с прослойкой из отдельных слов. Я так и не поняла, что именно надо найти в мешке, зато в полной мере оценила заботу мужа и опрометью понеслась в ванную.

– Дима!!! – истерично заорала, протягивая ему телефон. – Там требуют отыскать в мешке какую-то б-б-б…

На этой букве я прямо-таки споткнулась.

– Требуют, значит, отыщем, – спокойно поведал мне муж, выхватывая мобильник. – Иришка, шла бы ты, милая, смотреть телевизор. И пылесос убери.

Я кивнула в знак согласия, покосилась на пылесос и шагнула на выход. Следовало немедленно уведомить подругу о своей капитуляции. Лучше дворцовые развлечения, чем курсы расширения лексикона под руководством «спецов» из Пензы. Где только в этот момент находилась моя хваленая интуиция? Ну что бы ей организовать мне хоть какой-нибудь легкий толчок в направлении, противоположном моему стремлению!

– Распаковывай чемодан. Мы никуда не едем, – мельком отметив мое появление, пробурчала Наташка.

Подруга сидела за кухонным столом, уложив подбородок на переплетенные пальцы рук, и с тоской следила за полетом вольной мухи. Само появление этой, мягко говоря, недоделанной пташки свидетельствовало о крайней степени Натальиного расстройства. В другое время так бы не полетала. Зачем Наташке лишний рот?

– Твой Дмитрий Николаевич подсуетился и организовал нам праздничное мероприятие – работы по устройству отопления садового домика. Нашел каких-то хорошо подкованных в этой области асов, теперь все каникулярное время придется кормить ораву мужиков, мыть посуду и вывозить грязь. А еще выполнять роль глушителя. Ребятки из всех русских слов в совершенстве освоили только матерные. Ну и, само собой, на меня ложится контроль за ходом работ. Должен же кто-то в будущем нести ответственность за недогляд.

– Тебя прорабом назначили?

– Прораб Борис. Я – «рыжая»! Или «стрелочник».

И простая «выскочка». Как только ругань пензенцев достигнет максимального предела концентрации, мне следует выскакивать из места временного заключения и…

– … глушить!

– Да это как раз самое простое. Заведу общую тетрадь, занесу туда весь бригадный словарный запас и верну бумерангом!..

– Обучи этому простому мастерству собаку. Борис дома?

– Дома. Верстает на компьютере план отопления. Лучше бы на рыбалку умотал.

Я хихикнула и тихо поведала подруге мгновенно сверстанный в собственной голове план освобождения от крепостной зависимости. Через полчаса Борис подвергся массированной атаке Лилианы Сергеевны из Копенгагена. Женщина слезно умоляла дорогого свата уговорить упрямую жену и не менее упрямую подругу жены протянуть ей руки помощи в благородном деле освоения псковской глухомани на предмет открытия там филиала своей косметической фирмы. Борис так и не понял, зачем псковской лесной братии косметика, но отказать Ляне не посмел. Димку этот вопрос вообще не волновал. Ответ на него он нашел сразу: чтобы зверье не облысело! И с энтузиазмом поддержал благое мероприятие. А я невольно задумалась о том, какие сюрпризы порой преподносит судьба. В прошлом году мы с Наташкой по незнанию, осложненному отсутствием времени на обдумывание, не могли разобраться с названием города – то ли Великие, то ли Малые Луки. Пытаясь развести руками «тучи», нависшие над головой приятельницы благодаря ее тетушке Георгиновне, сочинили легенду об отбытии дамы в этот славный город. Теперь твердо знаем: его зовут Великие Луки!

2

Ляна прилетела утром тридцатого апреля. Точно, как и обещала. С тремя огромными чемоданами и двумя набитыми под завязку сумищами, вместимости которых обзавидовались бы все «челноки». Удивительно, но при таком багаже ей удалось сохранить элегантность. Может быть, потому, что его тащили добровольные помощники? Скорее всего, из числа попутчиков, обремененных в поездке только кейсами. Многие сейчас так летают за границу. Утром – туда, вечером – обратно. Обыкновенная рабочая поездка. На плече у Наташкиной родственницы болталась только легкая спортивная сумка. Наташка тут же отметила, что перед нами пример того самого варианта, когда своя ноша не тянет. Лицо Лилианы сияло радостью встречи, молодостью и ухоженностью, фигура – продуманностью диеты. Наташка тут же выдавила сквозь зубы обещание никогда больше на вечерних посиделках меня не объедать. Я, в свою очередь, проявила великодушие и пообещала полгода давиться только седьмой водой на киселе, дабы не вводить подругу в искушение. Наташка удостоила меня кривой улыбкой, на благодарственные слова не сподобилась – начались приветственные речи, лобызания и восторженные «ахи».

Исчезновение Ляниного багажа мы заметили только тогда, когда Наташка со всей прямотой заявила про непродуманную переупакованность родственницы. Безумное количество чемоданов и сумок не согласуется с планами на отдых в течении каких-то нескольких дней. Наташкин обличающий перст ткнулся в совершенно свободное простанство пола.

– Зато теперь оно хорошо согласуется! – с фальшивым оптимизмом выдала я первые пришедшие на ум слова утешения.

– Блин! Быстро на выход! – заорала Наташка. – Ир, держи мою сумку и постарайся не бить ею никого по твердым частям тела, в ней мобильник. Догоним. С такими вещами далеко не убегут!..

Остановить Наташку на полном скаку – дохлый номер. Совсем не то, что остановить коня. Лично я от этого дела предпочитаю держаться в стороне. Если удается. В какой-то мере на сей раз удалось. В сторону я отлетела сразу же после того, как подруга протаранила мной группу кучкующейся молодежи. На лице Лилианы Сергеевны из Копенгагена, несмотря на организованное Наташкой цунами, никаких отрицательных эмоций не нарисовалось. Только легкая степень удивления.

– Надо же, сколько в Наташе импульсивности, – пожала она плечами и посмотрела на часы.

– И дури тоже хватает, – с опаской поглядывая в сторону выхода, согласилась я. Успела сообразить, что при краже вещей их хозяева так спокойно себя не ведут. – Пожалуй, надо прекратить Натальин спецрейс.

– Да пусть побегает. Может, вспомнит, о чем я ей толковала перед вылетом.

– Ну, в принципе до отхода нашего поезда в Великие Луки времени навалом. Только едва ли Наташка, ударившись в бега за несуществующими ворами, по пути ударится в воспоминания о вашем разговоре.

Ляна, вытащившая было мобильник, мигом забыла о его целевом назначении. Поправив им прядь удачно мелированных волос уставилась на меня. Высоко вздернутые брови свидетельствовали о высокой степени удивления:

– Ты сказала «нашего поезда»?!

Я очередной раз взглянула в сторону двери. На этот раз с надеждой. Вдруг Наталья уже отвоевала багаж у ассистентов Лилианы и с сознанием честно выполненного долга возвращается назад. В каждой руке по чемодану и сумке. Третий чемодан на бестолковой голове. Увы, подруги на горизонте не было. Ни с вещами, ни без.

– Ты хочешь сказать, что вы сейчас со мной не поедете? И нельзя было предупредить меня об этом заранее? Наталья на какую тему со мной «агакала»? Я же специально заказала два микроавтобуса!

– А мы – три билета на поезд до Великих Лук. Один из них твой. Надо же, какая несогласованность. Мы… не успели собраться.

– За полмесяца?!

Огрызнуться я не успела. Вернулись Лянины сопровождающие. Доложив, что все вещи на надлежащем месте, выразили желание сопроводить нас к машине. Ляна оторвала мобильник от бархатной щеки и быстро щелкнула кнопками. В Наташкиной сумке веселеньким маршем заверещал мобильник. Мы с Ляной переглянулись. Умные люди понимают друг друга с полуслова.