Кошмар на улице с вязом - Андреева Валентина Алексеевна - Страница 44

Я сразу мобилизовалась. Надо было как-то выкручиваться. И неожиданно тонким жалостливым голосом пропищала:

– Видели психа за рулем?

Вопрос новизной не отличался, тем не менее оба охранника на него ответили, отрицательно покачав головами. Я отметила удивительную синхронность и… опять повторила вопрос. Осознав это, сама на него ответила – тоже качнув головой.

– То ли пьяный придурок, то ли просто псих, наркоман в стадии наивысшего балдежа, – плаксиво пожаловалась Наташка. Наверное, ей полегчало. – Идем себе, ни о чем плохом не думаем. Вдруг из подворотни вылетает этот сумасшедший и начинает гонять нас на своей тачке, как каких-то зайцев. Потом у него что-то там заглохло, я в этом совершенно не разбираюсь, мы и понеслись. От страха соображение потеряли. А тут у него машина снова взревела… Ой, мамочки… – Наташка опять закрылась руками. Наверное, не всю тушь из глаз выгребла.

– Да-а-а… – подключилась я, уяснив направленность Наташкиной басни. Врать по проторенному маршруту гораздо легче, чем на пустом месте. – Никак в себя не приду. Извините за то, что так отчаянно к вам ломились. Сначала даже не поняли, что здесь никого нет. Видите ли, от страха плохо соображаешь. Здание казалось обитаемым. В принципе, мы вполне могли бы добежать до другого присутственного места, но это до меня только сейчас дошло. Еще раз извините. У вас не найдется водички – таблетку запить. Неимоверно голова разболелась.

– Может быть, чайку? Не положено, но случай-то исключительный, – участливо предложил горилла. Опомнился! Чувствует свою вину. Нет бы сразу открыть. Разве мы с Наташкой похожи на диверсанток-террористок? От обиды я чуть не отказалась.

– Если вас не затруднит, – вовремя вмешалась Наташка. – Сейчас в таком виде даже на улице страшно показаться, и явила присутствующим себя во всей красе. Пятнистостью лица подруга напомнила мне о необходимости капитальной чистки паласа, а ее смущенная улыбка намекала на готовность выслушать утешительные комплименты.

– Сейчас попьете чайку, придете в норму и отправитесь по своим делам. Виктор, включи-ка чайничек. Вы, случайно, не запомнили номер машины?

– Честно говоря, пару минут назад увидела себя в зеркале и не сразу узнала, – проникновенно поделилась Наташка. – Уж какой тут номер машины! Единственное, на что надеюсь – тип, что сидел за рулем, далеко не уедет.

За чаем мы позволили себе расслабиться и легко над собой посмеялись, чем вызвали искреннее восхищение Павлика (уменьшительно-ласкательное от «гориллы») и Виктора. Также шутя, позавидовали охранникам: хорошо получать деньги за охрану совершенно пустого здания, будучи уверенным в том, что красть в помещении нечего. Тишина и покой.

– Не скажите… – перекатывая во рту леденец, – возразил Павлик. – В субботу какие-то бомжи ухитрились костер на втором этаже развести. И как только пролезли-то! А всю прошедшую неделю бывшего арендатора выселяли, такая война шла!

– Звездная?

Павлик на мгновении застыл. Леденец смешно оттопыривал щеку.

– Я имею в виду – между руководством фирм? – обеспечила я перевод. Удивительно вкусные у вас сушки.

Не хотелось, но пришлось протянуть руку за очередной. Виктор предусмотрительно подсунул мне свою, только что взятую. Кажется, он меня слегка побаивался. Ничего удивительного. Я слишком хорошо продемонстрировала свою ненормальность с первых минут встречи. Наверное, у него вообще проблемы с женщинами. Не знает, что сроки реабилитации, или другими словами, перехода от одного сумасшедшего закидона в другой, нормальный, у многих женщин могут быть сокращенными.

– Да баба здесь наглая заправляла. Нашего шефа буквально за грудки трясла, еле отбили. Он человек интеллигентный, сам отшвырнуть ее не мог. А она его матом! Либо верните полученные авансом деньги, орет, либо представьте оформленный проект договора купли-продажи. Я, мол, этого так не оставлю. И у него перед носом какой-то бумажкой трясет. Да вы не стесняйтесь, угощайтесь. У нас еще с прошлой смены целый пакет остался.

– Зина, зачем ты сушки в карман прячешь? – мило попеняла мне Наташка.

А куда, спрашивается, еще прятать, если Виктор без конца сует их мне в руки. Одну за одной, одну за одной…

– Спасибо, это в качестве образца, – пробормотала я, слегка покраснев. – Приобрету в магазине точно такие же. – И вернула Павлика к основной теме: – А может, ваш шеф у этой, с позволения сказать, женщины действительно деньги занимал? Не зря же она с листочком митинговала.

– Да он сам в состоянии кому угодно взаймы дать. Наша контора в тройке лидеров. И человек Сергеич порядочный. Вот они с тестем компаньоны, так? – На всякий случай я согласилась – Павлику лучше знать. – Тестю в прошлом году семьдесят стукнуло. Он на юбилее ногу сломал. С тех пор Сергей Сергеевич один все тянет, но тестя без внимания и денег не оставляет. Уже больше месяца тот торчит в Швейцарии, но вроде как по делу – служебная командировка.

– У него фамилия, случайно, не Цукерман? – улыбнулась Наташка своими лиловыми губами, заставив меня поежиться. – Не поймите меня превратно, я не скинхедка. Мой вопрос – просто дань уважения уму и находчивости представителям обеих наций, а равно их… – Наташка замялась.

– … симбиозу! – вовремя подсказала я своими такими же лиловыми губами. Ужасный цвет, но разве Наташку переспоришь?

– Ермилов его фамилия, – мелко сотрясаясь от старательно маскируемого смеха, с трудом выговорил Виктор.

– Как-кая непорядочная баба! – косясь на него, заметила Наташка. – И ведь не постеснялась вашему шефу липовый документ предъявить.

Павлик крякнул:

– То-то и оно! Не только подпись Сергеича, но и печать фирмы подделала. Ну он тут же и дал команду о немедленном выселении этой горлопанки. Она, конечно, еще что-то там вякала, но он ей хорошо пригрозил. Теперь вот караулим, чтобы самозахвата не допустить.

– Ой, нам пора! – засуетилась Наташка. – Вы нас просто спасли от нервного потрясения. Безразмерное вам спасибо.

– Всегда пожалуйста! Надумаете покупать или продавать жилплощадь, милости просим в нашу фирму.

– Надо же. Я и не знала, что вы представители риэлтерской фирмы, – весьма натурально удивилась Наташка. – Нельзя ли попросить у вас номер телефона? Сейчас столько слухов о непорядочности риэлторов. А мы как раз недавно обсуждали вопрос о том, где взять деньги на расселение. Зин, скажи!

– Обсуждали, – эхом отозвалась я. – По принципу «лучше меньше, да лучше». Лучшую квартиру за меньшие деньги.

Павлик широко, от всей души, соответствующей размерам тела, улыбнулся:

– Без проблем. Найдете эти самые меньшие деньги, похлопочу о дополнительной скидке. Как своим родным.

Оба они долго провожали нас глазами, стоя на площадке у входа, и прощально махали нам руками каждый раз, когда мы оборачивались. Скорее всего, обеспечивали нашу безопасность. А оборачивались мы с Наташкой без конца. Надеялись, что работники охранного дела, в конце концов замерзнут и скроются за дверью. Наша «Ставрида» осталась далеко позади, учитывая, что мы вообще пошли в противоположную от нее сторону.

– Дуем до первого приличного магазина, в нем и переждем, – на ходу приказала Наташка. – И больше не оборачиваемся. За машиной вернусь одна. Без тебя и парика.

Пугая своим видом редких нахохлившихся прохожих, мы дошли до маленького магазинчика с красочной витриной и юркнули в него, не удосужившись прочитать хотя бы название. Слишком доверились сложившемуся убеждению, что в любом магазине торгуют одним и тем же. Дверь, открывшись с мелодичным звоном, с ним же за нами и закрылась. Мы с Наташкой застыли как вкопанные, не решаясь продвинуться вперед. И это несмотря на особое приглашение хорошенькой продавщицы, успевшей озвереть от одиночества в четырех стенах секс-шопа.

Вместо того чтобы извиниться, сославшись на ошибку в пункте назначения, подруга повела себя с точностью до «наоборот»:

– Зин, ну ты тут пока погуляй, посмотри… Не зря же ехали. Раз у Ефимова скоро день рождения, может, какую-нибудь альтернативу для него подберешь. Резиновую Зину, например. Помнишь стишок? «Резиновую Зину купили в магазине». Резиновую Зину в «Ставриде» привезем. А я быстренько…